вторник, ноября 15

The Owl

modern classical, neoclassical, instrumental / Новосибирск


"Тот случай, когда выходишь с концерта и не хочется надевать наушники
и слушать что-то, чтобы не смазать впечатление. Безумно красиво".

Если заходит речь, то говорю, что The Owl – это инструментальный сольный проект со струнными, что-то вроде неоклассики. Я раньше чуралась этого слова, выпендривалась много на тему того, что все-таки The Owl не неоклассика, все-таки это другое. Сейчас для меня это неважно. Называйте как хотите, я просто буду делать то, что делаю, дальше, и все.

Разные инструментальные штуки у меня копились еще со студенчества. Наверное, с первого курса, а может, даже еще раньше. И изначально я просто хотела собрать их воедино и записать для себя. Записывали дома у друга на электронном фортепиано. Я даже не планировала, что там будут скрипки, но решила разнообразить звучание и притащила скрипку, импровизационно добавила некоторые партии. А потом создала группу во Вконтакте и выложила туда музыку. Подумала, если кто-то захочет послушать, – почему бы и нет.



Говорят, если ты идешь от концепции, то это вроде как не от души – ты просто поставил себе задачу и выполняешь ее. Мне кажется, если это твоя музыка – как она может быть не от души? Какая разница, что тебя сподвигло, если ты идешь от конкретной идеи, значит, она тебя вдохновляет, а если она тебя вдохновляет, значит, все правильно.

Мне кажется, очень важно передать все именно так, как ты видишь, а не так, как оно, возможно, есть. Мой новый альбом будет о некой северной стране: там будут скандинавские сказки про эльфов, северное сияние, народ скандинавский. И понятно, что получится не так, как есть на самом деле, но зато именно так, как я себе это представляю.

Не могу сказать, что для меня все так просто – села, накидала, и за пять минут хит родился. Но я сама же себя и заставляю в каждой следующей композиции применять более сложные, более интересные ходы. Особенно я в мучениях, когда пишу струнные партии. Стараюсь, чтобы и музыкантам было интересно играть, чтобы партии были переплетенные, полифоничные, контрапунктные. Допустим, виолончель сказала, потом скрипочка сказала, потом альт сказал, – и они все вместе разговаривают друг с другом.

Когда я слушаю свой материал, мне кажется, что он классный. Я это сделала, и что уж теперь – что сделано, то сделано, я довольно просто к этому отношусь. Зачем переживать потом, допустим, через пять лет, сидя и переслушивая: «Боже, какой кошмар!» – и так далее. У тебя есть конкретные идеи в конкретный отрезок времени, и ты их воплощаешь именно так, как тебе кажется нужным.

Лично для меня Telescope отлично вписывается в альбом, несмотря на то, что инструментарий там совсем другой. Это тоже был один из домашних набросков, который я даже пробовала сама записывать: у меня есть деревянный пюпитр, я приматывала к нему скотчем микрофон за тысячу рублей, а потом пела и играла. И мне, конечно, хотелось переписать это в хорошем качестве, чтобы можно было слушать. Да и жалко было его выбрасывать или отделять от чего-то, поэтому я и включила его в первый альбом. Чтобы это хвостом за мной не тянулось.



На сцене всегда волнуюсь. Особенно когда понимаю, что вот сейчас надо будет выходить. И когда начинаю играть, волноваться не перестаю, боюсь ошибиться. Это, скорее всего, навязанный синдром отличницы, который еще с музыкальной школы идет, когда ты играешь и думаешь: «Только бы руки меня не подвели сейчас, только бы руки не подвели». Вот такие психологические травмы музыкального образования. Поэтому, возможно, и не надо никому в музыкальной школе учиться.

Не люблю, когда музыка проходит мимо ушей, когда люди гремят вилками, ложками. У меня был такой концерт в Кемерово: там сидели за столами, курили кальяны… Просто расстраивает то, что люди уткнулись в тарелки вместо того, чтобы слушать музыку и погружаться в нее. Поэтому я стараюсь проводить концерты в тех местах, где бы не ели и не пили.

В совместном треке с Zimne моего участия на самом деле мало. Вы не узнали трек? Это Moon Saturday. Им он понравился, и они захотели сделать какую-то совместную работу. Я просто отправила материал, Антон там все нарезал и сделал, Наташа придумала текст и вокал. Получилось круто. Мне понравилось, что они очень аккуратно обошлись с композицией, сохранили развитие, последовательность, гармонии. Очень мягко и с уважением отнеслись к работе.

Есть клип, но он пока один. Мы начали снимать его в мае, а закончили в августе. Это не значит, что мы снимали все лето, это значит, что мы один или два раза съездили в мае, а потом еще раз в августе. Там даже видно, что у меня длина волос разная. В клипе я хотела выразить образ Совы, жительницы леса, его духа. Но это очень пространная вещь, которую не покажешь на экране, поэтому мы сделали практически детективную историю со странной женщиной в лесу, которая валяется везде: то на каком-то причале, то еще где-то, – и букашек рассматривает.

Надо почаще думать о том, что у тебя время ограничено. Мы откладываем все на потом, и я тоже так делаю, но я все-таки периодически думаю: «Нет, надо прямо сейчас встать и что-то сделать». А люди все откладывают, откладывают – а там уже смерть. Ну и раз ты все равно умрешь, то сделай хотя бы так, чтобы тебя все в жизни устраивало, чтобы ты хотя бы минимально каким-то вещам мог радоваться. Мне кажется, люди, которые бросают работу и уезжают жить на необитаемый остров, примерно к такому же приходят, прежде чем уволиться.



В зал с роялем точно уже не вернусь. Я сразу ощущаю, что там все как будто слишком преувеличенно, слишком помпезно. Выглядит все так, будто я такой прямо композитор, вы только посмотрите! Весь этот академизм меня убивает. Раньше мне это нравилось, потому что у меня в жизни такого не было, чтобы я выходила и за роялем что-то играла. А потом я решила, что это все-таки должно быть проще, чтобы любой человек мог прийти и не обязательно ему надо было костюм с бабочкой надевать. Чтобы он не чувствовал, что здесь, в этом большом зале, он не к месту.

Сейчас музыки очень много и слушателю сложно воспринимать сразу целый альбом. Мало кто думает: «Вот вышел альбом, надо его послушать», – садится, берет чашечку и слушает альбом от начала и до конца. Создатели музыки часто подстраиваются, чтобы сэкономить время слушателей. Например, сочиняют по одному треку и сразу выкладывают их в сеть. Вот композитор-неоклассик написал что-нибудь и выложил: «Вот вам моя новая композиция». И все: «Браво, браво, это восхитительно!» А потом он все эти композиции соединяет и получается альбом. Это нормально, это не плохо. Но проблема может быть в том, что создатели музыки теряют единую нить альбома, и получается просто сборник треков.

Мечтаю, что меня пригласят выступить в Исландию. Придут исландцы и с ними их исландские дети, они будут сидеть в своих вязаных свитерах, мило слушать и молчать, а потом все в восторге уйдут. И я посмотрю наконец на Исландию, погуляю там, они покажут, как они вяжут свои свитера, покажут гейзеры, а я потом помашу им рукой из иллюминатора и улечу обратно в Новосибирск. А может, им так понравится моя музыка, что они сделают меня почетным гражданином Исландии, и у меня будет пожизненная виза. Это такая тщеславная мечта, но пусть она у меня будет.

Для меня не самоцель сделать как можно сложнее, я это ненавижу. Мне кажется, высасывать из пальца как можно более сложные ходы, просто чтобы кого-то поразить, – это не очень хорошо. Сила как раз в простоте. И талант в простоте. Поэтому я считаю, что самое важное – это умение сохранить музыкальность, мелодизм и сделать это с какими-то интересными, нестандартными гармониями, решениями. Ты слушаешь, допустим, какую-то композицию, и у тебя не возникает ощущения, что там есть что-то сложное, хотя на самом деле сложное там есть. Или тебе кажется, что эта гармония очевидная, простая, а она вовсе не очевидная. Мне кажется, все должно быть настолько гармонично сделано, чтобы у человека не возникало внутреннего диссонанса с этой музыкой, чтобы он не чувствовал, что здесь что-то не так, как-то странно или немузыкально.

Иногда я воспринимаю свою музыку как будто со стороны. Когда пишу новый трек, все темы рождаются на фортепиано. Потом, когда пишу уже партии для квартета, то не знаю, как это будет звучать все вместе, у меня есть только некоторое представление, как возможно это будет звучать. Я слышу результат только тогда, когда ко мне приходит репетировать квартет. Можно сказать, что это рождение музыки. Наверное, это самый важный момент, который у меня есть, самый ценный.



Ноты у меня все рукописные. Я всегда пишу только карандашом и только для струнных. Для фортепиано ноты не пишу, хотя у меня регулярно просят: «Дайте нам ноты, мы хотим это играть». Я обещаю, что сделаю, но не хочу это делать на самом деле. Во-первых, потому что мне лень, а во-вторых, думаю: «А если они плохо будут играть, а потом еще и каверы выкладывать?» Или увижу потом, что мою композицию Моцарт написал вместе с Бетховеном и Рахманиновым.

На каждом интервью думаю, что надо быть сдержаннее, но в итоге болтаю очень много. Вообще, я на интервью что только не говорила, иногда перечитываю через несколько лет – так стыдно становится.

Нет ничего более волнительного, чем показывать кому-то трек. Смотришь на человека и думаешь: «Господи, только не перематывай, сейчас будет такой классный момент!» Всегда интересно, понравился ли ему сейчас вот этот момент или нет, или только мне он тут нравится. А не дай бог он в это время разговаривать начнет, это же вообще будет караул просто. Слово-то какое – караул. Давно его не говорила.


вторник, ноября 8

Sounds: So Far As I Know














четверг, ноября 3

So Far As I Know

post-rock, post-metal, progressive rock, instrumental / Novosibirsk


"This is the real level. The level of everything: material, sound, thinking. This is the
authentic, cool, brand Music, made with soul and love, here – in this city".

We can say that we write and perform instrumental music, but talking more seriously about genre limits of So Far As I Know, in general, we haven't any. We use all possible styles which we are interested in. Better to say, we just do not put boundaries. As a result we have post-rock and not post-rock, and progressive, and instrumental at the same time. Yes, all musicians are fond of saying that they don't have any particular genre and so forth, but it's true actually.

As journalists like to write SFAIK now has regular musical activities, including summer vacation, precisely vacation in sake of the work. This is not a project because a project always has a certain point at which it ends. We have passed this point, and now it's safe to say that it has grown into something more.



We don't improvise too much. Improvisation takes place, but usually it comes from something: initially we've got some theme from where everything is moving. It can be just some piece which turns into a complete song, and nothing remains of this piece.

Any music is an interaction between the performer and the listener. Art should make space for human fantasy, stimulate thinking and imagination.


In music, we put up only some chain of events, and a listener guesses everything else him(her)self. It's not the specifics, just the specified images that the listener has to respond somehow. You can't say that this music is about how, for example, elephants are running through the African plains.

When there are no lyrics in music, it's hard to grasp the idea that was originally put into. And the comments to tracks of our second piece of work 'Hidden Poetry' are a kind of clue. There's a certain concept, maybe a bit abstract, in our album. Comments read by listeners direct them and at the same they've got their personal images. And when they intercross with our idea, they get the needed interaction. We hope someone practice this.



We don't know why, but abroad our music is welcomed more readily than in Russia. We can judge it according to people's interaction, as we communicate with various media labels, send everything recorded wherever possible. Russian press and publics show no particular interest, because Russian labels, the majority of them, are targeted to what's popular at the moment. And abroad, on the contrary, there is the focus on some genre music; there are much more people who are not interested in what's in trend now, but in some specific and individual music. At least that's the impression.

The best variant you can get in the studio will take place if you gonna master it yourself. You need to spend a lot of time and need superskills for selfmade mastering. You need to be Steven Wilson, for example.


The second album could be released a year earlier if certain recording troubles hadn't appeared. It was created rather quickly, but the process was delayed. We were looking for dudes able to master material, and both abroad and in Ukraine they couldn't offer us something sensible. There was something sensible, but high cost, very high cost. Finally, everything stayed in Novosibirsk because at least you can come and oversee the process.

The lyrical hero of Hidden Poetry is the collective image of a human. The person is neither man nor woman, that is the hero could be both man and woman, it doesn't matter. The hero is located in a multiuniverse, traveling through the dimensions and appears there in different images and states. Each track is a separate state, a separate dimension. For example, the opening track Glowing represents the birth itself: there was nothing and suddenly something appears from the dark matter, something shining... And this may be the origin of life in the womb, and the origin of the Universe after the Big Bang. Further, in each track, the hero moves from one state to another. This can be interpreted as reincarnation, as a journey between the worlds or between different planets in space, if you think about distant future and so on.



Once we have noticed that people first stand and then take chairs and sit down, and they seem to get better. One should understand that our music is not built on breakdowns, if people like to sit – let them sit. You have the whole visibility: you see what happens, all the action, but still you perceive the music quietly, nothing distracts you. You don't even have to watch, you can just sit down, close your eyes, relax and listen if it's more comfortable so.

Talking about some kind of underground show business in Russia, we simply do not have it. Everything is being done through connections. If you have some contacts: if you know the right dudes organizing everything well, or local teams that can help you, you'll be able to make a good concert. But if you don't, you are likely to fail.


Expectations from the tour: cocaine, you're standing at the stadium, like Slash, you have a guitar hanging between your legs... And they all think, "Hell, the dude went on tour, he's a rock musician, he's a rock star." The reality: you're going on reserved seats with dudes you're ready to murder till the end of the tour. And much depends on the city and organization. For example, in Samara there were not so many people, but it was very sincere. In St. Petersburg everything was suddenly cool. In general we planned to visit seven or eight cities, but just before one day we were going to leave, the first three came off. Somewhere a club refused, somewhere an organizer gave us up, something like that.

We decided to issue the new album like a single visual and audial picture when only a couple of tracks had been ready. It was not such as we first had come up with the concept, and then worked out the details in accordance to it, everything happened in parallel. The first tracks had been made, and the last ones correlated with the general idea. Going back to our first record, initially there was no special concept: the tracks were made and compiled, and the concept was imposed above. And proceeding from this point we named the tracks, determined their ideas and so on. Now we are moving from the concept, let's see what will be in the result this time.



Let's be sincere – nobody buys CDs now. Nowadays disks are merch, you buy them not for listening. Relatively speaking, 10% of the audience want to buy merch, and the remaining 90% listen to music in Vkontakte service, download and so on. Therefore, we haven't got great runs of CDs. So, we come to the fact that people don't buy music worldwide. Even iTunes which was held on paid albums has got now the system of subscription – you pay just pennies, and you have the whole world online library available, including new albums. Now there is the reconstruction of the system, the industry is developing, and there's no need in hiding and no sense to be offended. We should understand that there's nothing wrong.

Music itself is depreciated now. If earlier, say, twenty years ago, you bought cassettes, trembled over each cassette, listened to the entire album, you knew by heart all the tracks, now you just flip the music-line and listen only five seconds of a track, skip it and list again to the next one and so on. And the generation of fifteen years old youngsters has a completely different perception of music and the world, that's why for them music is not an important art, as it was twenty years ago.

Not always you can realize how your creative works touch listeners. Once, after the concert in St. Petersburg, a guy came up and said, "Look, I copy the solo from Katie In The Forest, it's so cool, but I can't catch where's one note there". And you think: "Where's hell a solo there? I just sat down and played something". I mean, you never know what will come back in response to your music.


вторник, ноября 1

Sounds: Foresteppe






















пятница, октября 28

Sounds: Dog Drama





среда, октября 19

So Far As I Know

post-rock, post-metal, progressive rock, instrumental / Новосибирск


"Это реальный уровень. Уровень всего: материала, звучания, мышления. Это настоящая
крутая, фирменная Музыка, сделанная с душой и любовью, здесь, у нас".

Можно сказать, что мы сочиняем и исполняем инструментальную музыку, но если говорить более серьезно о жанровых рамках So Far As I Know, то как таковых их особо и нет. Мы используем все возможные стили, которые нам интересны. Вернее, мы просто не ставим границ. В итоге получается, что у нас и пост-рок, и не пост-рок, и прогрессив, и инструментал. Да, все музыканты любят говорить, что у них нет какого-то определенного жанра и тому подобное, но это ведь действительно так.

SFAIK cейчас – это, как любят писать журналисты, регулярная музыкальная деятельность. С отпуском на лето. Точнее, с отпуском на работу. Это не проект, потому что проект всегда имеет некую точку, в которой он заканчивается. Эту точку мы прошли, и сейчас можно с уверенностью сказать, что дело переросло во что-то большее.



Мы не так много импровизируем. Импровизация есть, но обычно она идет от чего-то: изначально есть готовая тема, от которой все двигается. Это может быть просто какой-нибудь кусочек, из которого потом вся песня получается, а самого кусочка и не остается.

Любая музыка – это взаимодействие исполнителя и слушателя. Искусство должно оставлять простор для человеческой фантазии, стимулировать мышление и воображение.


В музыке мы задаем только какую-то цепь событий, все остальное слушатель додумывает сам. Это не конкретика, а просто заданные образы, на которые слушатель должен как-то отреагировать. Тут не скажешь, что эта музыка о том, как, например, слоны бегут по африканским прериям.

Когда в музыке нет никаких текстов, трудно уловить мысль, которая изначально в нее закладывалась. И комментарии к трекам на нашей второй работе Hidden Poetry – это своего рода подсказка. В альбоме заложена определенная, пусть и достаточно абстрактная, концепция. Комментарии, которые читает слушатель, направляют его, в то же время у него появляются еще какие-то свои образы. И когда они пересекаются с нашей идеей, получается нужное взаимодействие. Надеемся, что так кто-нибудь делает вообще.



Почему-то за рубежом на нашу музыку откликаются более охотно, чем в России. Об этом можно судить по взаимодействию с людьми – мы же общаемся с разными изданиями, рассылаем все, что записываем, куда только можно. Со стороны российских изданий и пабликов нет особенного интереса, потому что российские издания, большая их часть, заточены именно на то, что популярно в данный момент. А за рубежом, наоборот, идет упор на какую-то нишевую, что ли, музыку, там гораздо больше людей, которые заинтересованы не в том, что в тренде сейчас, а в какой-то своеобразной музыке, индивидуальной. По крайней мере, впечатление складывается именно такое.

Самый лучший вариант, который ты можешь получить на выходе при студийной работе, ты получишь, только если вообще сам все будешь сводить. Но если самому сводить, нужно потратить на это много времени, и нужны супернавыки. Это Стивеном Уилсоном надо быть, например.


Второй альбом мог выйти на год раньше, если бы не сложности с записью. Придуман он был довольно быстро, а вот процесс сведения затянулся. Мы искали чуваков, которые могут свести материал, и за рубежом, и на Украине, но ничего толкового никто не мог предложить. Точнее, толковое было, но задорого, сильно задорого. В итоге все в Новосибирске и осталось, потому что здесь хотя бы можно приезжать и непосредственно все это дело курировать.

Лирический герой Hidden Poetry – собирательный образ человека. Он не является ни мужчиной, ни женщиной, то есть он может быть и мужчиной, и женщиной, – это неважно. Он находится в некой мультивселенной, путешествует по ее измерениям и там предстает в разных образах и состояниях. Каждый трек – это отдельное состояние, отдельное измерение. Например, открывающий трек, Glowing, олицетворяет собой рождение как таковое: не было ничего, и вдруг что-то появляется, из темной материи начинает пробиваться сияние… И это может быть и зарождение жизни в утробе матери, и зарождение Вселенной после Большого взрыва. Далее в каждом треке герой переходит из одного состояния в другое. Это можно представить и как реинкарнацию, и как путешествие между мирами или между разными планетами в космосе, если подумать о далеком будущем, и так далее.



Мы как-то заметили, что на наших выступлениях люди сначала стоят, а потом берут стулья и садятся, и им, видимо, так лучше. Надо понимать, что у нас музыка не на брейкдаунах построена, если публике нравится сидеть – пусть сидит. У тебя весь обзор: ты видишь, что происходит, видишь весь экшн, но при этом воспринимаешь музыку спокойно, тебя ничего не отвлекает. Ты даже можешь не смотреть, можешь просто сесть, закрыть глаза, расслабиться и слушать, если тебе так удобнее.

Если говорить о каком-то андеграундном шоу-бизнесе в России, то его у нас попросту нет. Все делается исключительно по знакомствам. Если у тебя есть какие-то контакты: если ты знаешь правильных чуваков, которые хорошо все организовывают, или местные команды, которые тебе могут помочь, то ты сможешь сделать хороший концерт. А если всего этого нет, то тогда может вообще ничего не получиться.


Ожидания от тура: кокаин, ты стоишь на стадионе, как Слэш, у тебя гитара так между ног висит… И все думают: «Нифига, чувак поехал в тур, он же рок-музыкант, он же рок-звезда». И реальность: ты едешь в плацкарте с чуваками, которых к концу тура готов убить. И очень многое зависит от самого города и организатора. Например, в Самаре народу было не так уж и много, но там было очень душевно. В Питере все было неожиданно круто. Вообще, в плане у нас было семь или восемь городов, но буквально за день до того, как мы должны были выезжать, первые три слетели. Где-то клуб что-то не дал, где-то организатор слился – такие вещи.

Новый альбом мы решили оформлять в единую визуально-аудиальную картину, когда была готова еще только пара треков. При этом не было такого, что сначала мы придумывали концепт, а потом в соответствии с ним разрабатывали детали, – все произошло параллельно. Первые треки просто придумывались, а последние были сделаны уже в соответствии с общей идеей. Если возвращаться к первой нашей записи, то сперва там особой концепции не было: треки были придуманы и скомпонованы, а концепция была наложена сверху. И уже исходя из нее, были придуманы названия, о чем они и так далее. Сейчас мы движемся от концепции, посмотрим, какой результат получится в этот раз.



Давай будем откровенными – диски сейчас не покупают. Диски – это уже мерч, если их и покупают, то не для того, чтобы слушать. Условно говоря, 10% аудитории хотят купить себе этот мерч, а остальные 90% послушают во ВКонтакте, скачают и так далее. Поэтому больших тиражей дисков мы не делаем. Все приходит к тому, что люди не покупают музыку, во всем мире в том числе. Даже iTunes, который держался на платных альбомах, перешел на подписку – платишь там просто копейки, и у тебя доступна онлайн вся мировая библиотека, включая новые альбомы. Сейчас идет такая перестройка системы, так развивается индустрия – не надо скрываться от этого и обижаться на кого-то. Надо понимать, что ничего в этом плохого нет.

Музыка как таковая в последнее время вообще обесценилась. Если раньше, допустим, лет двадцать назад, ты ходил и кассеты покупал, над каждой кассетой трясся, слушал альбом полностью, все треки наизусть знал, то сейчас просто листаешь ленту, слушаешь пять секунд одного трека и пролистываешь дальше – и так у всех. А у поколения, которым лет по пятнадцать, вообще совсем другое восприятие музыки и мира, и поэтому для них музыка – это уже не настолько важное искусство, каким оно было те же двадцать лет назад.

Не всегда осознаешь насколько слушателя трогает твое творчество. Однажды, после концерта в Петербурге, подходит парень и говорит: «Слушай, я снимаю соло Katie In The Forest, так круто, но не могу понять, где там одна нота». А ты думаешь: «Блин, какое там вообще соло, я просто сел и что-то наиграл». Это все к чему – никогда не знаешь, что вернется в ответ на твою музыку.


четверг, октября 6

Foresteppe

ambient, field recordings, electronic, experimental, folk, lo-fi, tape music / Berdsk

"Diving into the magic and fragile nostalgia".

The idea of Foresteppe concerned composing some quiet, atmospheric music for people and about people. The project started in 2012, maybe even in 2011, and at that time this idea was, I think, quite good. Then I heard the Michael Tanner's album Music For Smalls Lighthouse, being in a quite ambient music wave, but still it was completely different kind of music: there were more live instruments and more field recordings, and no waste space-ambient. And I thought, "Oh, how great - it's ambient about people, not about some fifth dimensions". Then I found Tanners profile on Last.fm and saw what he listens to. I was all unknown to me, and so, through this man, I entered a completely different space.

There was an idea to name the project Diafilms (Filmstrips). When I was looking for a general idea for what sake I gonna make music, then at some moment I found these filmstrips and was intended to write soundtracks for them correlating music with the subject, time and all other characteristics. And there would be albums called: Diafilms No. 1, Diafilms No. 2... But I realized that it may restrict me, and then the name Foresteppe came. But it's all banal here: in Berdsk near my house if you go right - you'll see the fields, and if you go left, there'll be the forest. That's the place where I live.



The first album "No time to hurry" is just the album of sketches. It may sound very complete, but usually I prefer to conceptualize everything, but this album hadn't got some general idea, though now it's possible to distinguish it somehow. It was pretty vague and abstract attempt to get pushed off what I did before, and the only appropriate generalization here is that anyway everything on this album is kind of a pen test. That period of time I strictly tended to express a kind of "russianness" and "acousticity". It was written quite well about the "russianness" in one of the reviews, that it's very subtle and rather international at the same time. So, you can observe this "russianness", I put it there, but still, you can safely listen to it without any references of that kind.

The second album, in fact, is the collection of filmstrips, and at the same time, it's compositionally organized. That's, you're not going to put all the action movies at the beginning and slow ones at the end, you need to alternate. And here is the compositional alternation: quite a joyful start, then a little kink... There's even, I'd say, a mystical thriller "Golden Hair" on Bazhov fairytale. And all ends up if not as much funny as at the beginning, but still more peaceful and blissful than in the middle. However, I wouldn't say that this composition contains a metaplot, which unites all the parts.

Diafilms refers to the impressions, emotions, and memories of the time when we watched filmstrips. This is not an attempt to go back, but rather an attempt to play reconstruction, to play coming back, let’s say so. I don't want to make a pathetic subject of my childhood with filmstrips, so wishing to go back when everything was fine. I understand that this is not a time machine, if speaking literally, and I understand that there are filmstrips, and there’s life around you. This is the game as you act according some rules, but at the same time, you understand that you just reconstruct something without cherishing any illusions.

At some point I got acquainted with the music that was created with tape, and I really got interested in this cassette and film aesthetics in general. As for lo-fi music, it automatically becomes "plus one": I listen to some indie rock band, for example, and hear the guys having been recorded on the tape – I put it by default to my playlist. Tape sound seems to be only a form, imperfect, but it adds so much to the content and for me, this form takes the same level with the content.



Lesostep (rus. Forest steppe) and Foresteppe is the same for me. Initially I decided to name the project Lesostep, but as I was interested in spreading my music and I translated the name into English. In such an original way. To my opinion no sacral loss took place, but it simplified the access to music for people from the other countries. I used to think: "I download all sorts of Chinese bands signed with characters, the others would be interested too". But no, for noncyrillic guys Cyrilic looks like characters as well.

I really put nostalgia into music, but if to talk about different albums it differs too. Well, as for filmstrips, surely, nostalgia there removes you somewhere to the depths of the nineties, to the childhood. And if we talk about some other things, they are as much distant as field recordings are. Nothing is happening there but I know the conditions they were made in. If I use this record in music, then I can say for sure which particular moment of time and space it reminds to me at it gets me back. In this sense, well, it's nostalgia for real, and it isn't just nostalgia like the general atmosphere, but the reference to the very specific moments.

I am strongly against the idea that the listener is a passive recipient who simply receives and that's all. Otherwise, a person changes what he or she is listening to. To give the attitude to listen my album in precise way, circumstances and terms - it's an attempt to restrain the interpretation of the listener. Let the person listen to it in his (her) personal atmosphere. The album is just an attempt to make something special from these terms that the listener initially has.

I don't think music is supposed to have an author's position which is necessarily to be conveyed to the listener. By the intransigence in this aspect you incline listeners for something more, let's say, to ironize upon your vision. I don't apply for the role of a prophet, I apply only for the role of a man, that is all. And I'd like my music to be just music with the face of the author, and not a piece of space ambient from the space depths. Everyone exclaims now: "Oh, an artificial intelligence has written the music!" So it's the most awful that can be.



Every time I am invited to an event, I start to think, what kind of audience there will be. It's not a desire to please, but I just know that I can play in different ways: I can play more experimentally or more accessible, or somehow else to be in the context. Maybe I think too much instead of listeners what they are likely to be fond of or aren't. In this sense, I am rather interested to do what would be the most appropriate at the moment and not to be embarrassed then for myself. I don't think it's the cheating of my creative ego. In fact, every concert is not exactly something completely new, but I did definitely play two same concerts. It never happened.

There was a great concert at Krasnoyarsk summer school, where I go as a historian for the third year by this time. In the afternoon there are studies, and in the evening there's some free leisure at the place called "Evening club" where you can come and show a movie and discuss it or talk about books and music. When I first arrived there, nobody knew my project and I decided to make a concert. It was very cool, although I wouldn't say that there was something super special. But after it the counselors came up to me and said: "Egor, I have one who has burst into tears after your event." It wasn't a concert in the conventional sense; I was quite unusual to play there and to get such a strong reaction.

Usefulness is the word that's important to me. There are people to whom I can play my music, and they won't pass by, for them it can be useful. Certainly, usefulness is not taken in the literal, everyday sense, but it is usefulness as food for thoughts and for some emotional experiences. I give the opportunity to get something from my music, trying to give people some perspective of the content they've got themselves. Actually, it all differs within different people. It's not a mission, of course, but if I get it, if it really brings people some benefit, then I must do it. And for me it is still the main reason why I go to concerts and drag my 24 kg tape recorders.

For one stage I'm too experimental, for the other ones not enough. It's about the question of classifying my creative works. On the one hand, I like that no tag box suits for me, for instance, some Russian electronics. But on the other hand, it turns out that I am everywhere and nowhere at the same time. Consciousnessly, it, perhaps, is rather rough position, that I don't fit anywhere, I am all marginal, but as a person I still want to have my own place and not to be somewhere between electronic producer and folk musician. This year, thanks to Shalash, finally, I have this feeling of place, because in the end, not abstract terms and enumerations are crucial, but particular people. Initially I had such a position that Shalash (rus. hut) is just a hut - my friends and me, not the label. It's more a game of label, because, again, I didn't want some pathos and missions, and just wanted to have something in between two polar categories: unknown Bandcamp, within millions of them, and a super label.



I use a variety of toy instruments primarily for the sound. Although, the moment of visual effect takes place too. When I'm going to a concert somewhere where nobody has seen me yet, I think about taking my little piano to show that I've got such an instrument and play it. The little piano is falling apart gradually, it cannot withstand all these flights. On the one hand, it is also important, as once I said in the interview that the instruments live because they die. I show that all these unknown, weird things, can produce sounds that quite logically and beautifully are being interwoven. Also I talk in the interest of listeners: it will be more interesting for them to look at me this way. I have nothing against people who use laptops during their performances, because I know that it's the same instrument as others, but visually people with laptops are Winamp DJs, somewhere deep in the subconscious there is still the idea that he just pressed the "play" button. In this sense, I'm more a glam rocker, because I need more visual effect; not exactly the effect, but some live action rather.

I met my music in the public for meditation that is quite natural, but the funny thing is that I saw using the track from the first album Pink Shorts in shorts sale advertisement. I also saw my song in the community of asexuals, there were their black-pink-white heart, some sort of manifesto and my song in the post. I thought: "okay." Actually I should express my indignation and say: "You have misunderstood me!" and so on. But I understand that once you've said something or done, and it leaves you and that’s all. It’s impossible to influence people’s interpretations.

For me music has to do with changing picture, because I'm listening to music along the way. Perhaps, in a way, my music can be perceived as a soundtrack, that is the musical accompaniment to some kind of movement in time and space; not that supernatural move, of course, but walks and traveling. Well, you can fish out of me words like: "Yes, it's the soundtrack, okay, you have disclosed me." I accept this position, it contradicts nothing, but it is only one of the points of views.

I'm embarrassed to read my own interviews, to be honest. I do not perceive an interview as an interview; I just take it as an amiable conversation. And then you read it, and there is subliminal feeling of some lurking: you were talking to a person, and suddenly you have been recorded. It’s totally irrational feeling, purely emotional. As for interviews and accompanying lyrics for concerts I’ve got the same attitude – you can manage without it. I am glad to tell something, if someone is really interested, but the last thing I want to do is to talk in the format "let me talk some more about my music".