вторник, января 10

Mister Dickson

hard rock, heavy metal, stoner rock / Novosibirsk


"Haven’t even heard it, and reposted for the name only."

Mister Dickson is a supergroup. That is, the band collects people that already played somewhere. Although, thinking precisely, all the Novosibirsk bands are supergroups.

We had the idea to call the band Witchcunt, but eventually stopped at Mister Dickson. It’s a great name, powerful, and what is the most important, absolutely universal. Not like some unclear "Witchcunt": what is “witch”, what is “cunt” – nothing is clear, but it’s better not to show this band to dad. While, Mister Dickson, in any language, is Mister Dickson. And it’s comfortable with parents if they ask: "You play in some band, right? What's it called?" "Mister Dickson". And it is all clear – Ok, Mister Dickson. The next time they can ask you, "How's your Mister Dickson doing?"



We failed at playing Stoner rock that is quite natural. The compositions were stoner-like only when one of us brought them to rehearsals, but in three minutes they turned into something else. It sounds cool – "let's play Stoner", but in the end no one wants to play it. Impossible to make ourselves do it, it’s boring.

In fact, we just pretend to be a rock band, we're just having fun. Because we are able to make another ten albums in English as we’ve already done, but it will always be a kind of fake. So it’s quite possible that we will switch to Russian language. It isn’t official, but the subject is being discussed for a long time in the band. To some extent, of course, it’s a challenge, and it’s much more difficult: you won’t be able to sing about dinosaurs and witches in Russian. But it’s not about the complexity of the task – it’s about honesty. You can either be a rock band or not. Either you have something to say and to sing or you don't. Otherwise, it's just riffs and screaming.

Lyrics in Russian are always more than just a text. It's impossible to sing off the cuff, it should be something poetic and deep. Have you seen the Soviet TV show Music Ring? There were some intelligent people in huge glasses, such ordinary Soviet citizens who came to talk to the musicians. They call, for example, Mashina Vremeni, and someone from the audience says to Makarevich: "Tell me, Andrey, why did you start writing so blurry texts? Do you understand that you're the voice of the generation, and you influence minds? Do you understand what a great responsibility you have?" That was the attitude to the texts in those times.


On the first two albums we've been making up some stories in our lyrics. For example, a matador got drunk, and he’s gonna fight with the bull – it’s Bull's Eye from our first album. The first song Down through the Sky is about a man jumping with a parachute which doesn't open, so the guy just dies. But on the other hand, there is Nothing Left in My Head, a pretty solid and dramatic song. This is what can be translated into Russian without any shame.

Sold His Balls was downloaded by three people. And the first poor guy bought it for more than 8 dollars. This was our price for the album, until our guitarist said: "Eight dollars for it, are you insane?" So, we lowered the price to two-and-a-half bucks. And the sales ran up – two more guys bought the album.



The first album cover is universal, so the mood is there is like: AAAh, dinosaurs, rock! The album seems to say: "I don't fucking care, I'm just orange, these are just dinosaurs, it's just a chick, and these are just some guys playing in a garage." But the cover of the new EP is quite different; it is actually attached to the plot. Although its design is very logical compared to the first one, we thought: "Let there be a pirate showing the middle finger." Now we gonna do such thing every time – putting the middle finger in the center of any composition.

Making such album covers is a cool tradition, our distinctive feature, it's not just some random pictures. It's like Iron Maiden, their covers are immediately recognizable. It happened so that the artist is our friend and we work together. We sat at the same table and together came up with the design of both our covers. The cartoon clip is also our work.

We recorded Devil's Bait live: all together in the same room, with headphones. We recorded everything separately except the vocals. As for the experience of such a recording, for the drummer, for example, there was no difference: metronome is ticking, and he is focusing on it. Anyway, the drive that everyone should experience while playing together with the guys, can be obtained with a metronome too. And you still can fail in getting it playing together with the others – it doesn't depend.


If you want to get "garage sound", then you first need to record everything superbrilliantly and then consciously make it worse. There is another approach: "Let's just add some fuzz here and play dirty, stretch it all." And while we were arguing, the sound engineers mastered the material in an absolutely different way. This is quite understandable; the guys have their own point of view. As the result we got a kind of an over-refined hard-rock sound, having almost nothing with garage and dirty.

We released the material in the form of EP, not the whole album because the guitarist said: "I should go abroad because of my job. I'm leaving." We had to record everything quickly, and we decided to record fewer songs but prepare them well. We had to remove half of the tracks, including those sewing the whole album together. As the result, the EP was pretty disjointed in terms of material and mood, but united in the sound. But if Sold His Balls was aimed to a greater extent to express ourselves, so the Devil's Bait is too different. Yes, let's say it's more mature.



We have no new record in the wav format. We still haven't taken it from the studio. Some of us downloaded this album from VK, someone from the share resources. It's the mp3 century, who really needs that Bandcamp? We wanted to upload the music there, but it requires wavs. We can convert mp3 into wav, and I wonder if anyone will notice it. People will probably download it for 8 dollars and say: "How the hell cool they waxed the sound. The equipment must be expensive."

The Unplugged album was recorded in two hours. We played in the Campus club, and recorded the sound via microphones. We got the tracks which were mastered later by Robert. We were going towards this recording consciously: arranged the deal beforehand, came to the studio with sound producers, customized the sound, listened to it. As the result we got what we wanted. Very cool thing, I wonder why no one does this.


We are all very spontaneous. When someone starts managing something, everyone starts to fidget at once: we need this or that, and this is what? And why here? When you try to be organized within such a creative chaos it becomes very pressing.

It's not good idea to make a video coming from the terms: "We need to make a video because we are a band." Another thing is when you quickly create a clip in two days because you decide: "Oh, I want a video for this song." And you don't even know how it will end, when the first five scenes have been already drawn. It is being built brick by brick like a house without the finished plan. And that's normal, that's natural.

Once we were called to play to an unknown place. It turned out that it was the birthday of the bike-club "White wolves". We went to some biker's den, which was located among auto-service buildings. The party was completely private: there were some old bikers and not very old ones, bikers' wives and women, and bikers' children. We looked there so weird. And got no feedback: you strike riffs with all forces and hear three claps after the song. We never saw a single gaze: that is, neither hate nor any support. Perhaps rock music in general was alien there. They're bikers, it does not mean that they are rockers. And we were called there, apparently, for just the entourage.



On the May Feast all members of the band played, with two guitarists. It was cool. We had just released the first album, and then, twenty days later we were on the May Feast. Guitars, of course, went down a little because of the weather, but it's didn't matter. There was a great drive, people sang along, in general, we had the feeling of the concert, which really makes proper impression on the audience, and the audience likes it and we like it, and everything is well. But most of the concerts were not like this, most of the concerts were, of course, like all of the ordinary concerts, when ten people come. But the truth is that, these ten really like it.

Our drummer is temporary unavailable. If we hadn't been sick and had come to the rehearsals, we would just have played and that's all. And now we do nothing but talk a lot. It's also interesting to talk, but if we had songs, we wouldn't have to talk, actually.


вторник, декабря 20

The Owl

modern classical, neoclassical, instrumental / Novosibirsk


"That case when you come out from the concert hall and have no will to put on headphones
and listen to anything in order not to fade the impression. Incredibly beautiful."

Speaking about The Owl, it's an instrumental solo project with strings something like neo-classic. Earlier I avoided this word, showing off a lot, saying that the Owl is not neo-classic but anything else. Now it's not important for me. Call it anything you like, but I'll do what I do, that's all.

I have been accumulating different instrumental things since studying. Probably from the first year and may be even earlier. Initially I just wanted to gather them and record for myself. We recorded it at my friend's home on electric piano. I hadn't planned violins there but then decided to diversify the sound and brought the violin and added some improvisation parts. Then I made VK group and put the music there. I thought, if someone would like to listen to it - why not.



They say if you go from the concept, then this is not from your heart. You set a task for yourself and carry it out. I think if it's your music – how could it not be from the heart? No matter what motivated you if you go from a specific idea, so it inspires you, and if it inspires you, it's all right.

I think it is very important to convey all things exactly how you see it and not as it might be. My new album will be about some Northern country: there will be Scandinavian tales about elves, Northern lights, Scandinavian people. And obviously, it comes not real, actually, but exactly how I imagine it.

I can't say everything for me is so simple – to sit and write it within five minutes and give birth to a hit. But only I make myself apply more complex, more interesting parts in each next composition. Especially string parts exhaust me. I try to make it interesting for the musicians to play and parts to be twisted, polyphonic, contrapunctured. For example, the cello told, then the violins told, then the viola told, and they all are talking to each other.

When I listen to my stuff, I think it's cool. I did it, and – what's done is done, I'm pretty casual about this. Why worrying about it, let's say, in five years, sitting and relistening: "oh, god, what a trash!" and so on. You've got definite ideas in a definite period of time, and you implement them in a way you need it.

For me personally Telescope fits perfectly the album despite the fact that the instrumental staff is quite different there. It was also one of the home sketches, I even tried to record it myself: I have got a wooden lectern, and I attached one thousand ruble microphone to it using adhesive tape, and then sang and played. And of course, I wanted to rewrite this in good quality, so one could listen to it. Well, and I felt regret to throw it away or to separate from something, that's why I included it in the first album without leaving it stretching behind me like a tail.



I'm always nervous on stage. Especially when I realize that now is the moment to come out. And when I start to play, nothing worries me longer, being afraid to make a mistake. It is likely to be an excellent student syndrome, from the musical school times, when you play and think: "if only my hands didn't let me down now, only if my hands did not betray me". These are the psychological damages of musical education. That's why may be noone should study at musical schools.

I don't like when music goes on deaf ears, when forks and spoons are knocking. I had such a concert in Kemerovo: people sat at the tables, smoking hookahs... it's just upsetting that people buried into plates instead of listening to the music and plunge into it. So I try to hold concerts at those places, where people don't eat and drink.

In the conjoint track with Zimne my participation is really little. Haven't you recognized the track? This is Moon Saturday. They liked it and wanted to make some joint work. I just sent the material, Anton cut some places there and finally made it, Natasha came up with the lyrics and vocals. It was really cool. I liked that they treated the composition very carefully and kept the development, consistency and harmony. The worked with delicacy and respect.

There is only one clip. We had started filming it in May and finished in August. This does not mean that we were shooting all summer, it means that we once or twice came out in May, and then one more time in August. You can see even the difference in my hair length. I wanted to express the image of the Owl in this clip - the resident of the forest, its spirit. But it is a very lengthy thing that is difficult to be shown on the screen, so we did almost a detective story with a strange woman in the forest that was laying everywhere: on some dock, somewhere else and staring bugs.

One needs to think about the time to be limited. We procrastinate everything, and so do I, but I still sometimes think, "No. I need to stand up and do something right now". And people procrastinate endlessly – but then death comes. Well, as you will die, then at least do everything possible to be satisfied by your own life and enjoy some things. I think people who quit their jobs and move a desert island come to something like that before resign.



I won't come back to the grand piano hall for sure. I immediately feel as if everything there is too exaggerated, too pompous. Looks as if I am a true composer, just imagine! All this academism is killing me. I used to love it because my life was not like this, so I went out and played grand piano. And then I decided that it should be simpler, for anyone could come without costume and bow tie on; for no-one felt unsuitable at the large hall.

Now there is so much music and it's difficult for the listener to perceive the whole album. Few people think: "the album has been released, need to listen to it", – he sits down, takes a cup and listens to the album from the beginning to the end. Music makers often adapt to save listeners' time. For example, they compose one track and load and immediately into the net. So a neo-classic composer wrote something and posted: "Here's my new composition." Everybody: "Bravo, Bravo, that's great!" And then he joins all these tracks and gets the album. It's okay, it's not bad. But the problem may be that music makers lose a single thread of the album, and as the result it’s just a collection of tracks.

I dream of being invited to Iceland for a concert. Icelanders and their Icelandic children will come in their knitted sweaters, sit and listen silently, and then they will leave with feeling of excitement. And finally I will see Iceland, walk there, they will show how they knit their sweaters and geysers, and then I will wave from the plane window and will fly back to Novosibirsk. Maybe they'll like my music, and they will make me an honorary citizen of Iceland, and I will have a lifelong visa. It's such a vain dream, but let me have it.

I don’t aim for making as complicated as possible, I hate it. I think, making up out of whole cloth for more sophisticated moves, just to amaze someone is not very good. Power is in simplicity. And talent is in simplicity. Therefore, I believe that the most important thing is the ability to retain musicality, melody and do it with some interesting, non-standard harmonies, solutions. You're listening to, let’s say, some composition and you don't get the feeling that there is something complicated, but for real complicated is there. Or you think this harmony is obvious, simple, and it isn’t obvious at all. I think it ought to be done so perfectly that a person won’t have any internal dissonance with this music, that he won’t feel that there is something wrong, strange or unmusical.

Sometimes I perceive my music as if from outside. When you write a new track, all themes are born on piano. Then, when I write parts for the quartet, I don't know how it would sound all together, I’ve got only some idea of how it perhaps will sound. I can hear the result only when I rehearse with the quartet. We can say that this is the birth of music. This is probably the most important moment that I have, the most valuable.



All my notes are handwritten. I always write by pencil only and only for strings. I don’t write notes for piano, although I am often asked: "Give us the notes, we want to play it." I promise I'll do, but I don't want to do it really. First, because I'm lazy, and then, I think: "if they will play bad, and then more – spread the covers?" Or I will see afterwards that my composition was written by Mozart along with Beethoven and Rachmaninoff.

I think it’s good to be more restrained on each interview, but in the end I talk a lot. Anyway, I had said so much on interviews, sometimes I re-read in few years and feel shame.

There is nothing more exciting than to show someone the track. Look at a person and think "god, don’t rewind too fast, now there will be such a cool moment!" I always wonder if he or she liked this moment, or it’s only me who liked it. And god forbid, someone will start talking, it will be just karaul (Russian interjection expressing something awful (translator’s note)). What a word - karaul. Haven’t pronounced it for a long time.


вторник, декабря 13

Mister Dickson

hard rock, heavy metal, stoner rock / Новосибирск


"Даже не слушал, только за одно название уже репостнул".

Mister Dickson – это супергруппа. То есть группа, собранная из людей, которые до этого уже где-то играли. Хотя, если подумать, все новосибирские группы – это супергруппы.

У нас была идея назвать группу Witchcunt, но в итоге остановились на Мистере Диксоне. Хорошее название, мощное и, самое главное, абсолютно универсальное. Не то что Witchcunt какое-то непонятное: что такое witch, что такое cunt, – ничего не понятно, но папе лучше не показывать. А Мистер Диксон на любом языке – это Мистер Диксон. И с родственниками удобно, они спрашивают: «А ты же играешь там что-то, да? Как группа называется?» «Мистер Диксон». И им действительно все понятно – Мистер Диксон, хорошо. В следующий раз они тебя могут спросить: «А что там твой Мистер Диксон?»



Стоунер рок у нас не получился, что совершенно закономерно. Стоунеровыми композиции были только тогда, когда их кто-то из нас на репетицию приносил, но уже через три минуты они превращались во что-нибудь другое. Это круто звучит – «давайте играть стоунер», но в итоге играть его никто не хочет. Не заставишь себя, скучно.

На самом деле мы просто изображаем рок-группу, только играем в нее. Потому что на английском таких альбомов, как мы уже сделали, можно наделать еще десять штук, но это всегда будет своего рода подделка. Так что вполне возможно, что мы перейдем на русский язык. Мы пока ни под чем не подписываемся, но тема эта в группе давно мусолилась. В какой-то степени, конечно, это вызов, и это гораздо сложнее: на русском ты уже не сможешь петь о динозаврах и ведьмах. Но не в сложности дело – хочется честнее все делать. Ты либо сможешь быть рок-группой, либо не сможешь. Либо тебе есть, что сказать и спеть, либо нет. А так это просто риффы и крики.

Текст песни на русском языке – это всегда нечто большее, чем просто текст. Нельзя спеть от фонаря, это должно быть что-то поэтичное, глубокое. Видели когда-нибудь советскую передачу Музыкальный ринг? Там такие люди интеллигентные в очках гигантских сидят, обычные советские граждане, которые пришли пообщаться с музыкантами. Зовут, допустим, Машину времени, и Макаревичу из зала говорят: «Скажите, Андрей, а почему вы стали такие размытые тексты писать? Вы понимаете, что вы рупор поколения, что вы влияете на умы? Вы понимаете, какую ответственность вы несете?» Вот такое было отношение к текстам тогда. И этот шлейф высокого искусства в текстах остается до сих пор, на самом деле.


Сейчас в тексте мы обыгрываем какой-нибудь сюжет. Например, матадор напился, а ему сейчас выходить с быком сражаться – это в Bull’s Eye с первого альбома. А первая песня оттуда, Down through the Sky, про то, как чувак с парашютом прыгает: парашют не раскрывается, и парень просто разбивается. Но с другой стороны, там есть Nothing Left in My Head, довольно цельная и драматичная песня. Это то, что на русский можно перенести без стыда.

Sold His Balls три человека скачали. Причем первый бедняга его еще и за восемь баксов купил. Такая цена была, пока наш гитарист не сказал: «Вы что, восемь баксов за это?» Поставили два с половиной. И тут пошли продажи – еще два человека альбом купили.



Обложка первого альбома универсальная, там настроение такое: ааа, динозавры, рок! Альбом как бы говорит: «Мне похер, я просто оранжевый, это просто динозавры, это просто баба, а это просто пацаны в гараже играют». А вот обложка нового EP совсем другая, она уже привязана к сюжету. Хотя его оформление очень логичное по сравнению с первым. Мы подумали: «А что, пусть там будет пират и пусть он тоже фак показывает». Будем теперь на каждой обложке делать так, чтобы фак был в центре композиции.

Наши картинки – это классная традиция, наша фишка, это не просто какие-то рандомные обложки. Это как Iron Maiden, их обложки все узнают. Так получилось, что художник – это друг, с которым мы вместе работаем. Мы сидели за одним столом и вместе придумывали оформление, так с обеими обложками было. Мультяшный клип – тоже наших рук дело.

Devil’s Bait мы записывали вживую: все вместе в одном помещении, в наушниках. Все, кроме вокала, его писали отдельно. Если говорить про ощущения во время такой записи, то барабанщику, например, разницы не было: все равно метроном тикает, а он на него ориентируется. Да и вообще, этот драйв, который каждый должен ощущать, от того, что ребята вместе с тобой сейчас играют, можно извлечь из себя и под метроном. А можно не извлечь и когда все рядом – одно от другого не зависит.


Если хочешь добиться гаражного саунда, то сначала надо суперкристально все записать, а уже потом делать хуже, осмысленно. Есть и другой подход: «Давайте сразу фуззы тут какие-нибудь, и играть грязно, растягивать это все». И пока мы друг с другом так спорили, материал свели по совершенно другим принципам. Это понятно – у ребят в студии свое видение. В итоге получился рафинированный такой хард, в звуке почти ничего гаражного, ничего грязного и не осталось.

Новый материал вышел EP-шкой, а не полноформатником, потому что гитарист сказал: «Все, меня отправляют за бугор, я уезжаю». Нужно было быстро все записать, и мы решили, что лучше сыграем меньше песен, но подготовим их как следует. Пришлось убрать половину треков, сшивающие композиции в том числе. В результате EP получилcя довольно разрозненным в плане материала и настроения, он только звуком объединен. Но если Sold His Balls был в большей степени для того, чтобы просто заявить о себе, то Devil’s Bait совсем другой. Да, можно сказать, что он взрослый.



У нас нет новой записи в wav-формате. До сих пор не забрали из студии. Кто-то из нас из ВК скачал альбом, кто-то – с обменника. Век mp3 – кому этот Bandcamp нужен, в самом деле. Хотели туда материал вылить, а он требует вавки. Можно mp3 переконвертить в wav – интересно, заметит ли это кто-нибудь вообще? Наверняка человек за восемь баксов скачает и скажет: «Ничего, как они замылили звук-то угарно. Аппаратура дорогая, наверное».

Unplugged был записан за два часа. Мы играли в Кампусе, и во время концерта снимали звук микрофонами – получились дорожки, которые Роберт потом свел. Мы к этой записи шли осмысленно: заранее договорились, пришли туда со звукарями, вместе отстроили звук, отслушали его. В итоге получилось то, что и должно было получиться. Очень угарная штука, странно, что все так не делают.


У нас все очень спонтанно. Когда кто-нибудь начинает что-то администрировать, все начинают ерзать сразу: нужно это и это, а это что, а почему сюда. Когда из такого творческого хаоса пытаешься как-то организоваться, это начинает сдавливать.

Нельзя выпускать видео, исходя из мысли «надо сделать клип, потому что мы же группа». Другое дело, если ты его придумал и за два дня сделал, потому что решил: «О, хочу клип на эту песню». И даже не знаешь, чем он закончится, когда уже нарисованы первые пять сцен. Он, как домик, достраивается, еще не будучи спланированным. И это нормально, это естественно.

Однажды нас позвали играть в неведомое место. Оказалось, что это день рождения байк-клуба «Белые волки». Мы поехали в какое-то байкерское логово, которое находилось в глубине АСТ-шек. Мероприятие было совершенно закрытое: там были байкеры, пожилые и не очень, жены и женщины байкеров, были даже дети байкеров. Смотрелись мы там очень странно. И отдачи не было вообще: вваливаешь рифф всеми силами, а слышишь три хлопка после песни. Мы никогда такого не видели, чтобы не было ни одного пристального взгляда: то есть ни хейта никакого, ни поддержки никакой. Рок-музыка, возможно, там была чужда в принципе. Они ведь байкеры, это еще не значит, что они рокеры. А нас позвали, видимо, для антуража просто.



На Маевке выступали полным составом, с двумя гитаристами. Было круто. Мы только выпустили первый альбом, и тут же, через двадцать дней, Маевка. Гитары, конечно, немножко поехали из-за погоды, но это неважно. Там драйв был очень мощный, люди подпевали – в общем, было ощущение концерта, который действительно производит должное впечатление на аудиторию: и аудитории это нравится, и нам это нравится, и все хорошо. Но большинство концертов были не такие, большинство концертов были, конечно, как все обычные концерты, когда приходят десять человек. Но правда, этим десяти все очень нравится.

Барабанщик у нас временно не в строю. Если бы мы не болели и ходили на репы, то просто играли бы, и все. А раз сейчас ничего не делаем, то много говорим. Говорить тоже интересно, но если бы были песни, то ничего бы не пришлось и говорить, собственно.


вторник, ноября 15

The Owl

modern classical, neoclassical, instrumental / Новосибирск


"Тот случай, когда выходишь с концерта и не хочется надевать наушники
и слушать что-то, чтобы не смазать впечатление. Безумно красиво".

Если заходит речь, то говорю, что The Owl – это инструментальный сольный проект со струнными, что-то вроде неоклассики. Я раньше чуралась этого слова, выпендривалась много на тему того, что все-таки The Owl не неоклассика, все-таки это другое. Сейчас для меня это неважно. Называйте как хотите, я просто буду делать то, что делаю, дальше, и все.

Разные инструментальные штуки у меня копились еще со студенчества. Наверное, с первого курса, а может, даже еще раньше. И изначально я просто хотела собрать их воедино и записать для себя. Записывали дома у друга на электронном фортепиано. Я даже не планировала, что там будут скрипки, но решила разнообразить звучание и притащила скрипку, импровизационно добавила некоторые партии. А потом создала группу во Вконтакте и выложила туда музыку. Подумала, если кто-то захочет послушать, – почему бы и нет.



Говорят, если ты идешь от концепции, то это вроде как не от души – ты просто поставил себе задачу и выполняешь ее. Мне кажется, если это твоя музыка – как она может быть не от души? Какая разница, что тебя сподвигло, если ты идешь от конкретной идеи, значит, она тебя вдохновляет, а если она тебя вдохновляет, значит, все правильно.

Мне кажется, очень важно передать все именно так, как ты видишь, а не так, как оно, возможно, есть. Мой новый альбом будет о некой северной стране: там будут скандинавские сказки про эльфов, северное сияние, народ скандинавский. И понятно, что получится не так, как есть на самом деле, но зато именно так, как я себе это представляю.

Не могу сказать, что для меня все так просто – села, накидала, и за пять минут хит родился. Но я сама же себя и заставляю в каждой следующей композиции применять более сложные, более интересные ходы. Особенно я в мучениях, когда пишу струнные партии. Стараюсь, чтобы и музыкантам было интересно играть, чтобы партии были переплетенные, полифоничные, контрапунктные. Допустим, виолончель сказала, потом скрипочка сказала, потом альт сказал, – и они все вместе разговаривают друг с другом.

Когда я слушаю свой материал, мне кажется, что он классный. Я это сделала, и что уж теперь – что сделано, то сделано, я довольно просто к этому отношусь. Зачем переживать потом, допустим, через пять лет, сидя и переслушивая: «Боже, какой кошмар!» – и так далее. У тебя есть конкретные идеи в конкретный отрезок времени, и ты их воплощаешь именно так, как тебе кажется нужным.

Лично для меня Telescope отлично вписывается в альбом, несмотря на то, что инструментарий там совсем другой. Это тоже был один из домашних набросков, который я даже пробовала сама записывать: у меня есть деревянный пюпитр, я приматывала к нему скотчем микрофон за тысячу рублей, а потом пела и играла. И мне, конечно, хотелось переписать это в хорошем качестве, чтобы можно было слушать. Да и жалко было его выбрасывать или отделять от чего-то, поэтому я и включила его в первый альбом. Чтобы это хвостом за мной не тянулось.



На сцене всегда волнуюсь. Особенно когда понимаю, что вот сейчас надо будет выходить. И когда начинаю играть, волноваться не перестаю, боюсь ошибиться. Это, скорее всего, навязанный синдром отличницы, который еще с музыкальной школы идет, когда ты играешь и думаешь: «Только бы руки меня не подвели сейчас, только бы руки не подвели». Вот такие психологические травмы музыкального образования. Поэтому, возможно, и не надо никому в музыкальной школе учиться.

Не люблю, когда музыка проходит мимо ушей, когда люди гремят вилками, ложками. У меня был такой концерт в Кемерово: там сидели за столами, курили кальяны… Просто расстраивает то, что люди уткнулись в тарелки вместо того, чтобы слушать музыку и погружаться в нее. Поэтому я стараюсь проводить концерты в тех местах, где бы не ели и не пили.

В совместном треке с Zimne моего участия на самом деле мало. Вы не узнали трек? Это Moon Saturday. Им он понравился, и они захотели сделать какую-то совместную работу. Я просто отправила материал, Антон там все нарезал и сделал, Наташа придумала текст и вокал. Получилось круто. Мне понравилось, что они очень аккуратно обошлись с композицией, сохранили развитие, последовательность, гармонии. Очень мягко и с уважением отнеслись к работе.

Есть клип, но он пока один. Мы начали снимать его в мае, а закончили в августе. Это не значит, что мы снимали все лето, это значит, что мы один или два раза съездили в мае, а потом еще раз в августе. Там даже видно, что у меня длина волос разная. В клипе я хотела выразить образ Совы, жительницы леса, его духа. Но это очень пространная вещь, которую не покажешь на экране, поэтому мы сделали практически детективную историю со странной женщиной в лесу, которая валяется везде: то на каком-то причале, то еще где-то, – и букашек рассматривает.

Надо почаще думать о том, что у тебя время ограничено. Мы откладываем все на потом, и я тоже так делаю, но я все-таки периодически думаю: «Нет, надо прямо сейчас встать и что-то сделать». А люди все откладывают, откладывают – а там уже смерть. Ну и раз ты все равно умрешь, то сделай хотя бы так, чтобы тебя все в жизни устраивало, чтобы ты хотя бы минимально каким-то вещам мог радоваться. Мне кажется, люди, которые бросают работу и уезжают жить на необитаемый остров, примерно к такому же приходят, прежде чем уволиться.



В зал с роялем точно уже не вернусь. Я сразу ощущаю, что там все как будто слишком преувеличенно, слишком помпезно. Выглядит все так, будто я такой прямо композитор, вы только посмотрите! Весь этот академизм меня убивает. Раньше мне это нравилось, потому что у меня в жизни такого не было, чтобы я выходила и за роялем что-то играла. А потом я решила, что это все-таки должно быть проще, чтобы любой человек мог прийти и не обязательно ему надо было костюм с бабочкой надевать. Чтобы он не чувствовал, что здесь, в этом большом зале, он не к месту.

Сейчас музыки очень много и слушателю сложно воспринимать сразу целый альбом. Мало кто думает: «Вот вышел альбом, надо его послушать», – садится, берет чашечку и слушает альбом от начала и до конца. Создатели музыки часто подстраиваются, чтобы сэкономить время слушателей. Например, сочиняют по одному треку и сразу выкладывают их в сеть. Вот композитор-неоклассик написал что-нибудь и выложил: «Вот вам моя новая композиция». И все: «Браво, браво, это восхитительно!» А потом он все эти композиции соединяет и получается альбом. Это нормально, это не плохо. Но проблема может быть в том, что создатели музыки теряют единую нить альбома, и получается просто сборник треков.

Мечтаю, что меня пригласят выступить в Исландию. Придут исландцы и с ними их исландские дети, они будут сидеть в своих вязаных свитерах, мило слушать и молчать, а потом все в восторге уйдут. И я посмотрю наконец на Исландию, погуляю там, они покажут, как они вяжут свои свитера, покажут гейзеры, а я потом помашу им рукой из иллюминатора и улечу обратно в Новосибирск. А может, им так понравится моя музыка, что они сделают меня почетным гражданином Исландии, и у меня будет пожизненная виза. Это такая тщеславная мечта, но пусть она у меня будет.

Для меня не самоцель сделать как можно сложнее, я это ненавижу. Мне кажется, высасывать из пальца как можно более сложные ходы, просто чтобы кого-то поразить, – это не очень хорошо. Сила как раз в простоте. И талант в простоте. Поэтому я считаю, что самое важное – это умение сохранить музыкальность, мелодизм и сделать это с какими-то интересными, нестандартными гармониями, решениями. Ты слушаешь, допустим, какую-то композицию, и у тебя не возникает ощущения, что там есть что-то сложное, хотя на самом деле сложное там есть. Или тебе кажется, что эта гармония очевидная, простая, а она вовсе не очевидная. Мне кажется, все должно быть настолько гармонично сделано, чтобы у человека не возникало внутреннего диссонанса с этой музыкой, чтобы он не чувствовал, что здесь что-то не так, как-то странно или немузыкально.

Иногда я воспринимаю свою музыку как будто со стороны. Когда пишу новый трек, все темы рождаются на фортепиано. Потом, когда пишу уже партии для квартета, то не знаю, как это будет звучать все вместе, у меня есть только некоторое представление, как возможно это будет звучать. Я слышу результат только тогда, когда ко мне приходит репетировать квартет. Можно сказать, что это рождение музыки. Наверное, это самый важный момент, который у меня есть, самый ценный.



Ноты у меня все рукописные. Я всегда пишу только карандашом и только для струнных. Для фортепиано ноты не пишу, хотя у меня регулярно просят: «Дайте нам ноты, мы хотим это играть». Я обещаю, что сделаю, но не хочу это делать на самом деле. Во-первых, потому что мне лень, а во-вторых, думаю: «А если они плохо будут играть, а потом еще и каверы выкладывать?» Или увижу потом, что мою композицию Моцарт написал вместе с Бетховеном и Рахманиновым.

На каждом интервью думаю, что надо быть сдержаннее, но в итоге болтаю очень много. Вообще, я на интервью что только не говорила, иногда перечитываю через несколько лет – так стыдно становится.

Нет ничего более волнительного, чем показывать кому-то трек. Смотришь на человека и думаешь: «Господи, только не перематывай, сейчас будет такой классный момент!» Всегда интересно, понравился ли ему сейчас вот этот момент или нет, или только мне он тут нравится. А не дай бог он в это время разговаривать начнет, это же вообще будет караул просто. Слово-то какое – караул. Давно его не говорила.


вторник, ноября 8

Sounds: So Far As I Know














четверг, ноября 3

So Far As I Know

post-rock, post-metal, progressive rock, instrumental / Novosibirsk


"This is the real level. The level of everything: material, sound, thinking. This is the
authentic, cool, brand Music, made with soul and love, here – in this city."

We can say that we write and perform instrumental music, but talking more seriously about genre limits of So Far As I Know, in general, we haven't any. We use all possible styles which we are interested in. Better to say, we just do not put boundaries. As a result we have post-rock and not post-rock, and progressive, and instrumental at the same time. Yes, all musicians are fond of saying that they don't have any particular genre and so forth, but it's true actually.

As journalists like to write SFAIK now has regular musical activities, including summer vacation, precisely vacation in sake of the work. This is not a project because a project always has a certain point at which it ends. We have passed this point, and now it's safe to say that it has grown into something more.



We don't improvise too much. Improvisation takes place, but usually it comes from something: initially we've got some theme from where everything is moving. It can be just some piece which turns into a complete song, and nothing remains of this piece.

Any music is an interaction between the performer and the listener. Art should make space for human fantasy, stimulate thinking and imagination.


In music, we put up only some chain of events, and a listener guesses everything else him(her)self. It's not the specifics, just the specified images that the listener has to respond somehow. You can't say that this music is about how, for example, elephants are running through the African plains.

When there are no lyrics in music, it's hard to grasp the idea that was originally put into. And the comments to tracks of our second piece of work 'Hidden Poetry' are a kind of clue. There's a certain concept, maybe a bit abstract, in our album. Comments read by listeners direct them and at the same they've got their personal images. And when they intercross with our idea, they get the needed interaction. We hope someone practice this.



We don't know why, but abroad our music is welcomed more readily than in Russia. We can judge it according to people's interaction, as we communicate with various media labels, send everything recorded wherever possible. Russian press and publics show no particular interest, because Russian labels, the majority of them, are targeted to what's popular at the moment. And abroad, on the contrary, there is the focus on some genre music; there are much more people who are not interested in what's in trend now, but in some specific and individual music. At least that's the impression.

The best variant you can get in the studio will take place if you gonna master it yourself. You need to spend a lot of time and need superskills for selfmade mastering. You need to be Steven Wilson, for example.


The second album could be released a year earlier if certain recording troubles hadn't appeared. It was created rather quickly, but the process was delayed. We were looking for dudes able to master material, and both abroad and in Ukraine they couldn't offer us something sensible. There was something sensible, but high cost, very high cost. Finally, everything stayed in Novosibirsk because at least you can come and oversee the process.

The lyrical hero of Hidden Poetry is the collective image of a human. The person is neither man nor woman, that is the hero could be both man and woman, it doesn't matter. The hero is located in a multiuniverse, traveling through the dimensions and appears there in different images and states. Each track is a separate state, a separate dimension. For example, the opening track Glowing represents the birth itself: there was nothing and suddenly something appears from the dark matter, something shining... And this may be the origin of life in the womb, and the origin of the Universe after the Big Bang. Further, in each track, the hero moves from one state to another. This can be interpreted as reincarnation, as a journey between the worlds or between different planets in space, if you think about distant future and so on.



Once we have noticed that people first stand and then take chairs and sit down, and they seem to get better. One should understand that our music is not built on breakdowns, if people like to sit – let them sit. You have the whole visibility: you see what happens, all the action, but still you perceive the music quietly, nothing distracts you. You don't even have to watch, you can just sit down, close your eyes, relax and listen if it's more comfortable so.

Talking about some kind of underground show business in Russia, we simply do not have it. Everything is being done through connections. If you have some contacts: if you know the right dudes organizing everything well, or local teams that can help you, you'll be able to make a good concert. But if you don't, you are likely to fail.


Expectations from the tour: cocaine, you're standing at the stadium, like Slash, you have a guitar hanging between your legs... And they all think, "Hell, the dude went on tour, he's a rock musician, he's a rock star." The reality: you're going on reserved seats with dudes you're ready to murder till the end of the tour. And much depends on the city and organization. For example, in Samara there were not so many people, but it was very sincere. In St. Petersburg everything was suddenly cool. In general we planned to visit seven or eight cities, but just before one day we were going to leave, the first three came off. Somewhere a club refused, somewhere an organizer gave us up, something like that.

We decided to issue the new album like a single visual and audial picture when only a couple of tracks had been ready. It was not such as we first had come up with the concept, and then worked out the details in accordance to it, everything happened in parallel. The first tracks had been made, and the last ones correlated with the general idea. Going back to our first record, initially there was no special concept: the tracks were made and compiled, and the concept was imposed above. And proceeding from this point we named the tracks, determined their ideas and so on. Now we are moving from the concept, let's see what will be in the result this time.



Let's be sincere – nobody buys CDs now. Nowadays disks are merch, you buy them not for listening. Relatively speaking, 10% of the audience want to buy merch, and the remaining 90% listen to music in Vkontakte service, download and so on. Therefore, we haven't got great runs of CDs. So, we come to the fact that people don't buy music worldwide. Even iTunes which was held on paid albums has got now the system of subscription – you pay just pennies, and you have the whole world online library available, including new albums. Now there is the reconstruction of the system, the industry is developing, and there's no need in hiding and no sense to be offended. We should understand that there's nothing wrong.

Music itself is depreciated now. If earlier, say, twenty years ago, you bought cassettes, trembled over each cassette, listened to the entire album, you knew by heart all the tracks, now you just flip the music-line and listen only five seconds of a track, skip it and list again to the next one and so on. And the generation of fifteen years old youngsters has a completely different perception of music and the world, that's why for them music is not an important art, as it was twenty years ago.

Not always you can realize how your creative works touch listeners. Once, after the concert in St. Petersburg, a guy came up and said, "Look, I copy the solo from Katie In The Forest, it's so cool, but I can't catch where's one note there". And you think: "Where's hell a solo there? I just sat down and played something". I mean, you never know what will come back in response to your music.


вторник, ноября 1

Sounds: Foresteppe