среда, сентября 7

Limitless Wave

ambient, electronic, abstract, atmospheric, chillout, pad / Novosibirsk

 "This is a great example on how music can speak to you".
Limitless Wave was formed at the moment of another creative crisis. In general, all my aliases varied during creative crises, and then for probably eight months I didn't write anything. Besides, if you do something new, it is better to do it in a separate project and under a new name. Actually, while realizing my creative work Limitless Wave appeared quite accidently. I started with a very different kind of music: some kind of club music, electrohouse, hip-hop... I went from one extreme to another, but I realized that I'm fond of atmosphere and started making something similar to ambient.

I used to work alone, and Limitless Wave is my individual project. Several times I was offered cooperation, including writing music with a duo or trio using this name. I was against it, because I constantly make some changes to the music while working, and there's a rare person who shares my opinion.

Initially I had 1 gb RAM computer and an old monitor, very old, with the cathode-ray tube. And I tried to write somehow on it. Later I bought a MIDI-keyboard of four octaves, and actually it's still alive and perfectly runs. These are my main instruments are my computer, the MIDI keyboard, well, and now the recorder. I've got some certain base of synths that I use, actually I don't have hundreds of them, as many people do. There are about ten of them at most. Because all synths have mainly the same functionality and they can do the same thing.

My own studio allows me to make music much better. It was a very long way to this – studio monitors, studio soundcard, stuff like that... Now I am very comfortable to work with. My old computer monitors had no such sound and frequency capabilities, so when I bought these things, I set all in goose pimples for a week or so, even listening to my own tracks. I heard absolutely every mistake that took place in my music, and now I hear what I need to correct.

I mostly use my own samples, although I sample some other music. In this case I take some kind of melody or harmony and use my way of processing. I try to make it as unrecognizable, as it is as a rule done in many musical circles. But I seldom use it, only when I need to insert something really interesting.

I always carry a recorder in my knapsack. I hear some buzz on a street – record it and make from it something completely different. Or I go across the city streets and hear some interesting sound, for example, children running around, and it sounds so cinematic, so I adjust the sound and record it. Just recently I saw my girlfriend off at the station and recorded the sound of the departing train. I couldn’t help recording it. I gonna make something catchy with this.

Natural reverb is really a cool thing. Actually, I write voice and the environment. In the last track I used the recording of my listening to it. I put the recorder at the end of the room and switched it on. Then I inserted it into the final of the track. That was fun.

Remix is a pretty serious processing of a track. And rework is just bringing small changes in. It's not exactly a common concept, but it is used. In the same time some instruments can be changed, but the main idea of the track remains. I made two reworks on Hammock. Still I like them and listen sometimes both to original compositions, and reworks. I didn't bring great changes in them, left some of the details that I had been caught by. I was working with its background. But all in all, it's somebody else's music, and, of course, I don't take these tracks for mine.

I like rhythmic music, kinda broken rhythm, and at the same time I really like ambient music when you can just sit down and plunge into the sound and not to think. I can compose ambient too, and some chillout music within one project, under one name, because in the end, it will have its own unique zest and people will recognize me in both of those genres. I'm often said: "Listening to several unfinished tracks we recognize yours among them at once".

I start writing, when I realize that there's something new in my head, and I can transfer it into the music. Before that, I stop listening to this very genre of music at all for some time. One can say if you want to write some new material, you have to listen to a lot of other music, but I do the opposite.

Detachment and at the same time involvement in events is the main feeling in my music. Hope? Well, yes, it is, but it is not so much apparent. I constantly reflect on my work, on the subject of what I do write in general. And I once came to a certain point of view on this; I simply transfer my experiences and thoughts into music. I think most musicians act the same way, departing only from their experiences.

Bvdub had much influence on me and my creative works. His music is oversaturated with different features which sometimes I take and interpret on my own way. In lot of his tracks, for example, he uses vocals not simply for delivering some information, but as a musical instrument. I think it's a very interesting way of working with vocals. He has no tracks less than 8 minutes long, so he always reveals absolutely everything he wants.

I'm much surprised when people can't spell at once Limitless Wave. They say: "Limits? Limits Way?" – well, something like that, always distorting it. Sometimes "wave" is just said in Russian "volna". That is, they can't remember the name, although I think it's a simple name. Or they just say: "Maxim that..there's...wave".

It happens that some different music is signed by my name. I found these tracks several times on audio-search and thought: "Seems I never wrote it". Then I listened to – so this was not mine, but one's of the more promoted musicians. Of course, I'm pleased to be considered as the person who wrote this beauty, but it's not me. So, I have to inform people that they should delete it.

Relations with a label are formed in different ways. I've got a great partnership with the Endless Quest label which published my last album and Dima Uvarov, its Director, we are very good friends, we constantly discuss the tracks, both his and mine. Once I worked with another Internet label, and, honestly, the deal didn't work: they didn't pay for sales of my album. Well, I said, "Okay, if you don't pay to me, have your business and don't publish my album any more". They wrote to me then after some time, and said that they wanted to publish it on some physical media , but I said, "No, guys, I don't want working with you".

I tried to broadcast in Periscope. Just thought people might be interested in how I make music. People came, but didn't understand what exactly was happening there, and, obviously were not much interested. They need some "partymakers" to be played, or just to sit...and I don't know...to show kittens. Still you can of course just sit and talk about music itself. Sometimes I turn on some music I listen to, and people say, "Oh, what is it?" They're exited in a way.

Ambient is unusual because it exists everywhere, and yet nobody notice it. As the name suggests, it is "surrounding", so it must be everywhere, and people hear it everywhere, but they don't know what it is. I still try to convey to people that after all it is music, not the wind. Many people don't want to perceive music without drums or without vocals. They say: "Does this really exist?" and they think it's just the background. On the one hand, they are right in a way, it's really a background for some thoughts. You could even say that this is smart music, and if a person has no thoughts, he will listen to this music without understanding.

When people ask me about my music, I say nothing, but just immediately turn it on. If it's not possible, then I say that it's like music from films or something atmospheric and so on. Well, it still does not immediately reach out to the people. Only if I turn it on, they exclaim: "Oh! That's interesting!"

New material is enough for three albums, but I plan to release it as one longplay. I expect to make about 15-18 tracks and conditionally I divide them into three sub-genres. First, the ambient people got used to hear from me. Then there will be music more down to earth, as say more pop – with vocals, percussion and so on. And there will be even something like Burial, so called UK garage, maybe even something minimal. The album will be designed so that each track will flow from one mood to another. I'll do my best to perform this, to build a gradient to create the great contrast between the first and the last tracks.

I started writing my last album more than one year ago. But it doesn't mean that I'm sitting and composing all the year around. There are some moments when I work two weeks in a row, at such times I can make several tracks, and then, say, for a month, I do nothing, cause I just don't want to. This is absolutely standard situation. The incredible work has been done, and much more will be done, so I think that this album will be the starting point in my further career.

вторник, сентября 6


ambient, field recordings, electronic, experimental, folk, lo-fi, tape music / Бердск

"Погружение в волшебство и хрупкую ностальгию".

Идея Foresteppe заключалась в том, чтобы попробовать сочинять тихую атмосферную музыку для людей и про людей. Проект начался году в 2012, а может, даже 2011, и на тот момент эта идея была, как мне кажется, достаточно неплохой. Примерно тогда я услышал альбом Майкла Таннера Music For Smalls Lighthouse, который нашел на волне эмбиентной вроде бы музыки, но это была совсем другая музыка: там больше живых инструментов и больше полевых записей, никакого лишнего спейс-эмбиента. И я подумал: «О, как здорово, что это эмбиент про людей, а не про пятые измерения». Потом нашел профиль Таннера на Last.fm и увидел, что он слушает. Мне все это было неизвестно, и так, через этого человека, я проник в совершенно другое пространство.

Была мысль, что я назову проект Диафильмы. Когда я искал общую идею, ради чего буду делать музыку, то в какой-то момент нашел эти диафильмы и думал, что буду писать саундтреки к ним, совпадающие по сюжету, времени и вообще всем параметрам. И будут альбомы, которые так и будут называться: Диафильмы № 1, Диафильмы № 2… Но понял, что это сильно меня будет ограничивать, и тогда пришло название Лесостепь. Но тут все банально: если от моего дома в Бердске направо пойдешь, то там будут поля, а если налево пойдешь, то там будет лес. То есть это место, в котором я живу.

Первый альбом No Time to Hurry – это все-таки альбом набросков. Он, может быть, и звучит очень цельно, но обычно я люблю все концептуализировать, а здесь у альбома не было какой-то общей идеи, хотя сейчас ее и можно как-то выделить. Это была довольно размытая и абстрактная попытка оттолкнуться от того, что я делал раньше, и единственное адекватное обобщение здесь – это то, что все на этом альбоме так или иначе проба пера. Тогда я очень сильно, наверное, все-таки делал ставку на некую такую «русскость» и «акустическость». Про «русскость» хорошо написали в одной рецензии, что она какая-то очень неуловимая и в то же время достаточно интернациональная. То есть при большом желании можно эту «русскость» увидеть, я ее туда вкладывал, но альбом можно спокойно слушать и безо всяких привязок к этому.

Второй альбом, по сути, сборник диафильмов, который в то же время композиционно организован. Не будешь же ты ставить, условно говоря, все боевики на начало, а медляки – на конец, нужно как-то чередовать. И здесь это композиционное чередование есть: достаточно веселое начало, потом маленький изломчик… Даже есть один, я бы сказал, мистический триллер, Golden Hair, по сказке Бажова. А заканчивается все если не так же весело, как начиналось, то все же более умиротворенно и благостно, нежели середина. При этом я бы не сказал, что за этой композицией кроется какой-то метасюжет, который объединяет все части.

Diafilms – это отсылка к впечатлениям, эмоциям, воспоминаниям того времени, когда мы смотрели диафильмы. Это не попытка вернуться туда, а скорее, попытка немножко поиграть в реконструкцию, поиграть в возвращение, скажем так. Я не хочу делать из этого пафосную тему о том, что у меня в детстве были диафильмы, и поэтому я хочу вернуться туда, где все было хорошо. Я прекрасно понимаю, что это не машина времени, если буквально все воспринимать, и я прекрасно понимаю, что есть диафильмы, а есть жизнь вокруг тебя. Это игра в том смысле, что ты действуешь по каким-то правилам, но в то же время понимаешь, что просто что-то реконструируешь и не питаешь каких-то иллюзий на этот счет.

В какой-то момент я познакомился с музыкой, которая создается с помощью пленки, и очень проникся кассетной и вообще пленочной эстетикой. С lo-fi у меня автоматически работает «плюс один»: слушаю какой-то, допустим, инди-рок и слышу, что ребята записались на кассету, – все, автоматически себе в плейлист добавляю. Пленочный звук – это вроде бы только форма, причем несовершенная, но она столько добавляет к содержанию, что для меня эта форма оказывается на одном уровне с содержанием.

Лесостепь и Foresteppe для меня одно и то же. Изначально решил назвать проект Лесостепь, но так как я был заинтересован в некотором распространении музыки, то взял название и перевел на английский. Таким, очень оригинальным, образом. На мой взгляд, из-за этого не произошло какой-то сакральной потери, зато это облегчило доступ к музыке для людей из других стран. Раньше я думал: «Я же скачиваю всякие китайские группы с иероглифами, мне же интересно, и другие будут качать». Нет, все-таки для некириллических ребят кириллица выглядит, как те же самые иероглифы.

Пожалуй, я действительно вкладываю в музыку ностальгию, но если говорить про разные альбомы, то там все по-разному. Ну, с диафильмами да, здесь ностальгия удалена действительно куда-то в глубь девяностых, в детство. А если говорить про какие-то другие вещи, то они удалены настолько, насколько удалены полевые записи. В них ничего вроде бы не происходит, но я знаю, где и в каких условиях они были сделаны. Если я использую эту запись в музыке, то потом точно могу сказать, что она мне напоминает и в какой конкретный момент времени и пространства она меня возвращает. И в этом смысле да, это действительно ностальгия, и даже не просто ностальгия как общая атмосфера, а отсылка ко вполне конкретным моментам.

Я категорически против мысли о том, что слушатель – это некий пассивный реципиент, который просто воспринимает и все. Да ничего подобного – он меняет то, что слушает. Давать установку на то, что мой альбом нужно слушать вот так, таким образом и в таких условиях, – это попытка обуздать интерпретацию слушателя. Пусть он слушает в тех условиях, которые ему нужны. Альбом – это как раз попытка сделать эти условия, которые у слушателя изначально есть, какими-то особенными.

Я не считаю, что в музыке должна быть авторская позиция, которую обязательно нужно донести до слушателя. Своей бескомпромиссностью по этому поводу ты подвигаешь слушателей к большему, скажем так, иронизированию над твоим видением. Я не претендую на роль провидца, я претендую всего лишь на роль человека и все. И я бы хотел, чтобы моя музыка была просто музыкой, но с лицом автора, а не неким спейс-эмбиентом из глубин космоса. Все восторгаются сейчас: «О, искусственный интеллект написал музыку!» Так это же самое ужасное, что может быть.

Каждый раз, когда меня приглашают на то или иное мероприятие, я начинаю думать, какая там будет публика. Это не то чтобы желание понравиться, просто я знаю, что могу сыграть по-разному: могу более экспериментально сыграть, могу сыграть более доступно или могу как-то еще, чтобы быть в контексте. Может быть, я чересчур много думаю за слушателя, что что-то ему понравится, а что-то не понравится. В этом смысле я скорее заинтересован сделать так, как будет наиболее уместно в данный момент, чтобы мне не было самому за себя неловко. Я не считаю это изменой творческому эго. По сути, каждый мой концерт – это не то чтобы что-то принципиально новое, но я точно не сыграл два одинаковых концерта, такого не было.

Был очень хороший концерт в красноярской летней школе, куда я уже третий год езжу как историк. Днем там идут пары, а вечером достаточно свободная программа, и есть такое место, которое называется «Вечерний клуб», куда можно прийти показать какой-нибудь фильм и обсудить его или поговорить о книгах и музыке. Когда я впервые приехал туда, то никого не знал и в рамках некоего ознакомления решил устроить концерт. Было очень здорово, хотя я бы не сказал, что было что-то суперособенное. Но после него ко мне вожатые подходили и говорили: «Егор, у меня сегодня все пришли расплакавшиеся после твоего мероприятия». Это не было концертом в привычном понимании, мне было достаточно необычно и сыграть там, и получить такую сильную реакцию.

Польза – это слово, которое важно для меня. Есть люди, которым я могу сыграть свою музыку, и они не пройдут мимо, для них это может оказаться полезным. Понятно, что это польза не в каком-то буквальном, бытовом смысле, но польза как пища для размышлений, для каких-то эмоциональных переживаний. Я даю возможность что-то приобрести от моей музыки, пытаюсь дать людям ракурс на то содержание, которое у них есть. При этом оно у всех свое, разное. Это не миссия, конечно, но если у меня это получается, если это действительно приносит людям какую-то пользу, то я должен это делать. И для меня это до сих пор главный аргумент, почему я езжу на концерты и таскаю на них катушечники по 24 кг.

Для одних площадок я слишком экспериментальный, для других – недостаточно. Это к вопросу, куда меня причислять. С одной стороны, мне нравится, что полностью меня ни в какую коробочку с тегами не засунешь. В какую-нибудь русскую электронику, например. Но с другой стороны, это оборачивается тем, что я везде и нигде. В интеллектуальном осознании это, может быть, достаточно крутая такая позиция, что я никуда не вмещаюсь, я такой весь маргинал, но как человеку мне все равно хочется иметь свое место, а не быть где-то между электронным продюсером и фолк-музыкантом. В этом году, благодаря Шалашу у меня ощущение этого своего места наконец появилось, ведь в конечном счете все кроется не в абстрактных каких-то терминах и перечислениях, а в конкретных людях. Изначально у меня была такая позиция, что Шалаш – это просто шалаш, мои друзья и я, а не лейбл. Это, скорее, игра такая в лейбл, потому что мне опять не хотелось некой пафосности и миссии, а просто хотелось, чтобы появилось что-то среднее между двумя полярными категориями: безвестным Бэндкэмпом, которых миллион, и каким-то суперлейблом.

Разные игрушечные инструменты я использую в первую очередь для саунда. Хотя момент визуального эффекта здесь тоже присутствует. Когда я собираюсь на концерт куда-нибудь, где меня никто не видел еще, то уже думаю про то, что все-таки придется везти пианинко, чтобы показать, что вот такой у меня есть инструмент, на котором я что-то умею делать. Пианинко разваливается уже постепенно, не выдерживает этих всех перелетов. С одной стороны, это тоже значимо, я как-то говорил в одном интервью, что инструменты живые, потому что они умирают. Я показываю, что эти неведомые, какие-то странные штуки, оказывается, умеют издавать звуки, которые вполне логично и красиво вплетаются. Еще я рассуждаю в интересах слушателя: ему так интереснее будет на меня смотреть. Ничего не имею против людей, которые используют ноуты во время выступлений, потому что прекрасно знаю, что это такой же инструмент, как и все остальные, но визуально люди с ноутами – это один и тот же диджей Winamp, где-то глубоко в подсознании все равно есть мысль, что он просто нажал на кнопочку «play». Я в этом смысле глэм-рокер, то есть мне нужно больше визуального эффекта. Не то чтобы эффекта, а живого действа, скорее.

Я встречал свою музыку в пабликах для медитации, что вполне естественно, но самое смешное, что я видел, это когда с помощью трека с первого альбома, Pink Shorts, рекламировали продажу шортов. В каком-то сообществе асексуалов я тоже видел свою песню, в записи было их черно-розово-белое сердечко, какой-то манифест и моя песня. Я думаю: «Ну ладно». По идее, я должен возмущаться и говорить: «Вы неправильно меня поняли!» – и так далее. Но я понимаю, что как только ты что-то сказал или сделал, оно уходит от тебя и все, тут уже повлиять на людские интерпретации невозможно.

Для меня музыка связана с меняющейся картинкой, потому что я больше музыку слушаю где-то по пути. Наверное, в определенном смысле мою музыку можно воспринимать как саундтрек, то есть музыкальное сопровождение к какому-то перемещению во времени-пространстве. Не к сверхъестественному перемещению, конечно, а к прогулкам и путешествиям. Ну, вы можете из меня выудить сейчас то, что я скажу: «Да, это саундтрек, окей, вы разоблачили меня». Я принимаю эту позицию, и ей вроде ничего не противоречит, но это только один из ракурсов.

Мне неловко читать свои интервью, честно говоря. Я не воспринимаю интервью как интервью, я воспринимаю это просто как разговор по душам. А потом ты его читаешь, и появляется подсознательное ощущение какой-то прослушки: ты вроде общался с человеком, а тебя тут записали. Это совершенно иррациональное чувство, чисто эмоциональное такое. Отношение к интервью у меня примерно то же, что и к сопроводительным текстам для концертов, – можно обойтись без этого всего. Я рад что-то рассказать, если кому-то это действительно интересно, но мне меньше всего хочется делать это в формате «давайте-ка я вам еще расскажу про свою музыку».

воскресенье, августа 28


acoustic, blues, jazz, dream pop / Novosibirsk

 "This music reaches the depths of the soul".

It would be great to gather with the band, but there's no band anymore. So I'll speak for myself, and I can only share my personal impressions and some of my thoughts. Will they have to do with the actual situation – I don't know. Actually, I haven't yet realized that Gatos broke up. Maybe we will get together, and even with the same stuff, and there will be some new wonderful music. But it's also possible not to happen. This decision was not a conflict: the development of any project, of any person, any civilization is either rising or declining, but it is impossible to stand still. So, it happened that for now all of us have some other priorities, in favor of which the choice had been made. Partly, these priorities cover music. That is, music hasn't been abandoned, on the contrary, we're just too busy and don't have time for everything.

Band creator – these are too big words. They are absolutely unsuitable for me. I had the idea of recording a mini-album, and I realized that it's impossible to do alone. I was looking for a guitarist: the concept was very minimalistic, so one guitar was enough for recording. I was searching for someone for a long time and finally found. We met, talked, started to play together, learned the songs that we were going to record. And we recorded them... It happened so that the other guys heard this music and expressed a desire to work with us, and we were very happy and continued the journey together.

All began with Holly, and the first album was released as Holly. Then came the name Holly&Gatos to emphasize a group of people who are together with Holly. Then wasn't needed in fact, we discussed the name and became just Gatos, "tomcats".

We recorded the album for two hours, while we were preparing for two weeks. The album was released under the name Dark Proud Strong. Actually it's called Black Flo. Why I decided to give it the name of another song which was recorded almost in the last day on my phone dictaphone while playing piano – I really don't realize. When I'm going to arrange somehow my creative work, it will be definitely called Black Flo. And the main song there is, of course, Black Flo, it is very old, I wrote it two or three years before Gatos, but with Gatos it became more polished. The guitarist, with whom we recorded this album – Nixon, very quickly grasped my ideas and then interpreted them, added something of his own. This man has a hang of cinematography, he brought some lyrical lustre into music, something cinematic. It definitely present there, and it's to his credit too.

Gatos is a team with its own material despite the abundance of covers. And the latter songs were written by all together. For example, Julia, a pianist, started to play, came up with the harmony, I put some text and vocal melody upon it, then guys were connected, and song was being composed. Sometimes happened that we wrote a new song right before the concert, during the sound check, and played it that same night.

It's impossible to listen to your own music like music. You can't relax. As if you're opening your wound, your history. In general I write songs not when feel well. Also you're listening and thinking: "Oh, it's awful here, and this is better, well, need to remember this place it may be useful". That is you're listening to it with some technical approach, analyzing, not relaxing, not thinking "Wow! It's awesome".

I don't sing about love. I sing, for example, about flowers. Or I don't sing about death, but about a black dress. That is, I sing about the abstract things that suggest associations to what I want to tell the audience. I thought a lot about texts in music and came to different conclusions at different times. Maybe about two years ago, I would say that the text is not as important as harmony, which creates from the words some sort of visual image, but not necessarily a clear story. Recently I would say that the text is all the meaning in the song, the most important and decisive. Now I think that it all depends more on the music and style of language. When I sing in English everything in the text is a sheer metaphor. And I haven't got yet many songs written in Russian to talk about it. But in comparison I get a little less figurative and a little more straightforward texts.

It is very difficult to describe own project in terms of style. There's something around-blues and near-jazz in the music of Gatos, but it's neither blues nor jazz. I tried to identify it by such words as dream pop at some point. Then it became something very eclectic. We even had a joke when asked about what kind of music we play, we are told – jazz, metal, funny.

Big thanks to the guys in "Truba", as they have given us the opportunity to develop. Probably they were disposed towards us because we performed there almost every Monday. Initially there was no agreement. Our first gig was there in July, then they invited us again... It was hard sometimes. Sometimes it seemed that all this was in vain, because of the lack of time, especially when some of us have had been studying and continue studying for now. We had no time to prepare something new at least for a week or two. There were different times, but still fine they were. Maybe they will be, who knows.
Our last concert was crucial. I did not even know that it was the last. For me it remains one of the most significant concerts. Seriously, I've never done all these things on stage. In the end we started improvisation, each made his own but keeping together. At some point I started to communicate with some otherworld forces, and it was wonderful. And people felt it, some of them for sure. There is a video of all this bacchanalia, but in fact, it doesn't reflect what was going on. I don't know how it sounded from the outside, but it doesn't even matter. It was something more than just a performance, I don't know how to express it, but then I shared something very personal, very intimate.

A dancing couple appeared on stage cause we wanted to add brightness. It was a tribute to Amy Winehouse, and her concerts, you could see two vivid Afroenglish, or Afroamericans, I don't know. They were generally back singers, but still they danced well, very positive guys – even when Amy in doubtful state sprawled on the stage, they created the right atmosphere. I thought, "If I have something like that, even if I'm going to mess it up..." Well, I'm kidding. Actually, I just wanted to add a visual element to make the others move to the rhythmic songs of Amy. It was just one-time experiment. Will there ever be something like that? Who knows, maybe.

I don't understand the word "manner". I was recently said, "You sing all in your only one manner". And I don't know what to say to that, I don't know how I'm supposed to understand it, I don't know what manner is. There are very expressive songs, and there are very quiet ones, neat ones, where you sing in absolutely another voice – quietly, softly. It's not of great importance what emotions you put into a song, but what you're feeling at the moment: anger, wrath, passion, hatred, love, tenderness... Even when a person is just talking, he's also always sounds different. When one is whispering words of love to someone it sounds different than when this person's shouting at subordinates. I exaggerated the examples, of course. But with vocals as well it all depends on the song.

My scat is still an imitation of the pipe, it is rather straightforward, and I don't hold to sax in some moments. I was fond of Bobby McFerrin from the very early age: he didn't imitate pipe, he imitated other instruments, a guitar, something else. He worked greatly with the resonators. And in quite young age the idea of the possibility od such things had settled in me. I once sang one blues song and forgot the text, and I started scating and scated until the end of the song. Did I try to do it before? No. You won't believe it. And that first scat was good, seriously.

Once, one comment crept me out. People wrote that my voice reminds them as if Lana Del Rey is being raped by David Gilmour. Here we go. And why so: there was our cover on Pink Floyd song where I was singing with the flower wreath on my head. People's associations switched on, so they reacted. In fact, it has nothing to do with my voice.

The last two concerts we played with the pianist. One of them was in Narymsky square. It was raining. It was a kind of rain that I thought: "Oh, I gonna be striked by current through the microphone". But well, not that time. I had my favorite wreath of white roses, but I didn't put it on, I thought: "There's a lot of people, I feel a bit constrained, I won't mount this kokoshnik on my head. What for will I attract excess attention to myself, I will be singing aside". And in the middle of the performance, between songs one of my friends came to me. It was an amazing moment when she gave me the wreath of dark-red roses. This thing really impressed me, touched my soul in a good way. This was something intimate, something beautiful.

Really, my name is Holly. You have no idea how often I answer this question.

вторник, августа 16

Limitless Wave

ambient, electronic, abstract, atmospheric, chillout, pad / Новосибирск

 "Это один из замечательных примеров того,
как музыка может беседовать с вами".
Limitless Wave образовался в момент очередного творческого кризиса. Вообще, все мои псевдонимы менялись во время творческих кризисов, а тогда я как раз на протяжении, наверное, месяцев восьми ничего не писал. К тому же, если делать что-то новое, то лучше делать это в отдельном проекте и под новым именем. И в ходе осмысления того, что я творю, можно сказать, совершенно случайно зародился Limitless Wave. А начинал я с очень разной музыки: клубняк какой-нибудь, электрохаус, хип-хоп… Бросался из крайности в крайность, но понял, что меня притягивает атмосферика, и начал писать уже что-то похожее на эмбиент.

Я привык работать один, и Limitless Wave – это мой индивидуальный проект. Мне несколько раз предлагали сотрудничество, в том числе писать музыку дуэтом или трио под этим именем. Я был против, потому что при работе постоянно вношу какие-то изменения в музыку, и редко находится человек, который может сойтись в этом со мной.

Изначально у меня был компьютер на один гигабайт оперативки и старый монитор. Совсем старый, еще с электронно-лучевой трубкой. И я старался писать как-то на этом. Позже я купил миди-клавиатуру на четыре октавы, она, кстати, до сих пор жива и прекрасно функционирует. То есть основные мои инструменты – это компьютер, миди-клавиатура, ну, и теперь рекордер. Из софта есть определенная база синтезаторов, которые я использую, при этом у меня их не сотни, как у многих людей, а штук десять от силы. Потому что все синтезаторы имеют, в принципе, одинаковый функционал, и из них можно выжать одно и то же.

Своя студия позволяет делать музыку куда качественнее. Я очень долго шел к этому, студийные мониторы, студийная звуковая карта, все прочее… Сейчас мне очень комфортно работать. На старых компьютерных колонках уже не хватало звука, частот, поэтому, когда я приобрел все это, я просто в мурашках сидел, наверное, с неделю точно. Даже от своих треков. Я услышал абсолютно все ошибки, которые были в моей музыке, и слышу теперь, что мне нужно исправить.

В основном я использую собственные сэмплы, хотя различную музыку тоже иногда сэмплирую. Тогда беру какую-то мелодию или гармонию и как-то под себя ее перерабатываю. Стараюсь сделать ее максимально неузнаваемой, как принято делать во многих музыкальных кругах. Но я это редко использую, только когда нужно вставить что-то действительно интересное.

Я всегда ношу с собой рекордер в рюкзаке. Услышал какой-то гул на улице – записал его, сделал из него что-то совершенно другое. Вот иду по городу и слышу какой-то звук интересный, например, дети бегают, и так кинематографично все это звучит, – настраиваю звук и записываю. Буквально на днях провожал девушку и на вокзале записал звук уезжающего поезда. Да и как можно было не записать. Теперь планирую сделать с ним что-нибудь интересное.

Естественная реверберация это очень круто. Я сейчас пишу голос и окружение, и в последнем треке использовал запись того, как слушаю этот самый трек: положил в конец комнаты диктофон и включил. Потом вставил запись в финал композиции, забавно получилось.

Ремикс – это довольно серьезная переработка трека. А реворк – это внесение в него небольших изменений. Не слишком распространенное понятие, но оно используется. При этом, может быть, инструменты какие-то меняются, но основная идея в треке остается. На Hammock я делал два реворка. Они до сих пор мне очень нравятся, переслушиваю их периодически – и оригинальные композиции, и свои реворки. Я не вносил в них колоссальные изменения, оставлял какую-то деталь, которая меня зацепила, и уже работал на ее фоне. Но в итоге это чужая музыка все равно, я ни в коем случае не воспринимаю эти произведения как свои.

Мне очень нравится ритмическая музыка, ломаный ритм какой-нибудь, и в то же время очень нравится эмбиент-музыка, когда ты можешь просто сесть и погрузиться в звук, ни о чем не думать. Я могу писать и эмбиент, и какую-то чиллаут музыку в одном проекте, под одним именем, потому что в итоге она будет иметь свою одну какую-то изюминку, и люди узнают меня и в тех, и в тех жанрах. Мне часто говорят: «Если включить несколько неподписанных треков, среди них мы узнаем твой».

Я начинаю сочинять, когда понимаю, что у меня в голове появилось что-то новое, и я могу перенести это в музыку. Перед этим я перестаю слушать тот жанр вообще определенное время. Говорят, что, если ты хочешь написать какой-то новый материал, ты должен прослушать массу другого материала, но я делаю наоборот.

Отстраненность и в то же время вовлеченность в события – основное ощущение в моей музыке. Надежда? Ну да, она есть, но она не так сильно проявляется. Я постоянно рефлексирую на тему своего творчества, на тему того, что я вообще пишу. И я как-то не пришел к определенной точке зрения на свой счет, я просто перекладываю свои переживания и размышления на музыку. Мне кажется, большинство музыкантов действует именно так, отталкиваясь исключительно от своих переживаний.

На меня и мое творчество сильно повлиял Bvdub. Его музыка перенасыщена разными фишками, которые я даже иногда перенимаю и как-то адаптирую. Он, например, во многих своих треках использует вокал не как именно вокал, то есть передачу какой-то словесной информации, а как музыкальный инструмент. Я считаю, что это очень интересный способ работы с вокалом. Еще у него нет треков, которые меньше восьми минут длятся, поэтому он всегда раскрывает абсолютно все, что хотел показать.

Удивительно, но люди не сразу могут выговорить название Limitless Wave. Они говорят: «Лимитс? Лимитс ваве?» – ну, вот что-то подобное, постоянно как-то коверкают. Иногда «вейв» просто говорят, «волна». То есть они никак не могу запомнить, хотя мне кажется, что это простое название. Либо просто говорят: «Максим, который там этот, вейв».

Бывает, что какую-то совершенно левую музыку подписывают моим именем, несколько раз случайно находил такое в поиске по аудио. Думаешь: «По-моему, я такого не писал никогда». Слушаю – так это вообще не мое, а какого-то более раскрученного музыканта. Мне, конечно, приятно, что меня считают человеком, написавшим вот эту красоту, но это не я. Приходится писать людям, говорить, чтобы удалили.

Отношения с лейблами складываются по-разному. С лейблом Endless Quest, на котором был издан мой прошлый альбом, у меня отношения прекрасные, и с Димой Уваровым, директором этого лейбла, мы очень хорошие друзья, постоянно обсуждаем треки, и его, и мои. А однажды я работал с другим интернет-лейблом, и, честно скажу, с ними у меня отношения не сложились: они просто-напросто не выплатили средства за продажи моего альбома. Ну, я сказал: «Ладно, раз не будете платить, все, идите, своими делами занимайтесь, просто не выпускайте больше мой альбом». Они писали мне потом через какое-то время, говорили, что хотят издать его на каком-то уже физическом носителе, но я сказал: «Нет, ребят, я с вами больше работать не хочу».

Пробовал делать трансляции в Перископе. Просто решил, что людям может быть интересно то, как я пишу музыку. Люди приходили, но не понимали, что именно там происходит, да и не сильно этим интересовались, как я заметил. Им нужно либо играть какие-нибудь «патимейкеры», либо просто сидеть и, не знаю, котиков показывать. Можно еще, конечно, просто посидеть поболтать о музыке той же самой. Бывает, просто включаю то, что я слушаю, и люди говорят: «О, а что это?» Интересно все-таки.

Эмбиент необычен тем, что есть везде, и тем не менее его никто не замечает. Исходя из названия, это «окружение», он и должен быть везде, и люди слышат его везде, но они не знают, что это. Я до сих пор стараюсь доносить до людей, что это музыка все-таки, а не ветер в поле. Многие просто не хотят воспринимать музыку без ударных и без вокала. Говорят: «Такая существует разве вообще?» – и думают, что это просто фон. С одной стороны, они в чем-то правы, это действительно фон для каких-то мыслей. Можно даже сказать, что это умная музыка, и если у человека нет мыслей, то он послушает эту музыку и ничего не поймет.

Когда меня спрашивают о моей музыке, я ничего не говорю, а просто сразу ее включаю. Если нет такой возможности, то отвечаю, что это как музыка из какого-нибудь кино или атмосферная какая-нибудь. Ну, это все равно не сразу доходит до людей. Только если включаю, они сразу: «О! Вот это интересно».

Нового материала хватит и на три альбома, но я планирую выпустить его одним лонгплеем. Я рассчитываю сделать треков 15–18 и условно делю их на три поджанра. Во-первых, эмбиент, тот, который люди привыкли от меня слышать. Потом будет музыка более приземленная, так скажем, более попсовая, то есть с вокалом, ударными и так далее. И будет еще что-то вроде Burial, такой UK-garage, может, даже что-то от минимала будет. Альбом будет построен так, что каждый трек будет перетекать из одного настроения в другое. Я постараюсь максимально это передать, выстроить такой градиент, чтобы был резкий контраст между первым и последним треками.

Последний альбом я начал писать больше года назад. Но это не значит, что я весь год сижу и пишу его. Бывают моменты, когда я работаю недели две подряд, в такие периоды несколько треков могу написать, а потом месяц, например, ничего не делать, потому что просто не хочу. Это стандартная абсолютно ситуация. Проделана неимоверная работа, и многое еще будет сделано, поэтому я думаю, что этот альбом будет отправной точкой в дальнейшей моей карьере.

пятница, августа 5

Dog Drama

We write on the posters that we play an instrumental progressive-post-rock to lure someone to our concerts. Not so spicy you can write on a poster, but at least we honestly admit that our music is instrumental. Damn it, it's just a quartet of guys playing music without vox, performing once a year, where the hell is some spicy staff here?

Once we were surprised to be asked at one of the gig: "You must rehearse a lot?" Dude, we rehearse at best once a week! And not always.

Instrumental music of Dog Drama is self-sufficient. It doesn't look defective without vocalist. It’s not the idea that vocals aren't needed, but in fact it's fine without. Though, we thought about vox and even considered some possible variants. The problem is that there are people who want to sing and can sing, but they don't know what to sing, and we can't give them any explanations. Cause one sings notes but not words. And you need to understand what notes are and where they should be, what kind of phrasing and tone should be. We want a person who comes to us to invent this system, and previously everyone tended to sing only what he was told. So the quartet remains a quartet.

We tried to find some other instrument: kept in touch with violinist, thought of flute, saxophone, trumpet, but there was no substantial conversation with brass players. And this topic didn't fade, it may be alive, but it isn't carried out. And it's really very difficult: as if you'd called the guitarist in some of the string quartet, and he would have even liked to listen, and said, "What if we had an electric guitar, but we have no idea how our music may be played by electric guitar. Come on, think it out, play awesome for everyone to like it". Still you can screw it up.

There's a song like noodle from the stuff we play now. We can't... or just don't want to tell stories directly by using texts, so we try to make some images by music itself. And as it turns out that we don't cope with, we use the names of the songs to help listeners in perceiving these images. In fact, these are texts but kinda short. Noodles came to us from the outside: we had a guest at the rehearsal, who said that one of our songs reminds him of boiling noodles. And we understood – that's it! So the new album certainly can get a name somehow related to the noodles.

We just thought yesterday of how we had settled down in the garage and started to play. What had we played?.. We had brought a guitar, which had some aluminum shields, screwed to the instrument by bolts. The head of the fretboard was broken and tightened by aluminum plates. There were so many sort of doltish guitars then...

The conversation about influences is stupid. They can be listed, but when people read or hear definite names, some music of these bands appears in their heads. And then one will listen to our music and just shrug their shoulders: "Oh, come on! It's so far". And this guy will be absolutely right.

Disappointment comes from the resistance of the material. By material we mean everything – the writing process, rehearsals, technical facilities at the rehearsals, musicians themselves – all resists against the idea of final result. And it is very difficult to overcome: hormones are already at a low level, old age is closer, laziness seizes. It's frustrating, but we do not lose heart.

We were always surprised that there are soundtracks composers. This idea haunts. They say: "We've got a movie here, it is necessary to come up with a soundtrack". They give some description, and a composer creates awesome soundtrack, just brilliant at times. How do they make it? It always strikes.

It is not clear, in fact, what can stand for music if it's not music for a film, game or text. Music is an experience, experience in the broad sense – not when you're worrying for someone, but you experience a feeling which music sets in you. When the composition is created, it is very important not to destroy that experience, not to turn it into a collage, a collection of beautiful melodies and rhythms. It's important to save the integrity, and it is not created by some technical stuff like harmonic development, but by a special mood and yess... experience. Of course, it is, on the one hand, a set of riffs, but on the other hand it stands for a kind of wholeness – the unity of sentiments and feelings which creates this very set of riffs inside a listener and inside of us as well.

Perhaps our greatest achievement is the studio recording. As it's the materialized thing it will remain. So when we die, and someone will want to listen to our music, he will be able to do it. Moreover, it is difficult, very difficult to bring the music from the moment when it's just starting to be born to the moment when people can listen to it. Well, can we call easy things a great achievement? You came on stage and played the music that you had played hundred times at your garage, is this really hard?

"Sleep" is the key word here. Don't you know any places where people come to sleep? Maybe we need to play in hostels? There are bands that play for those who eat, and we are the group that could play for those who sleep. Falling asleep. For insomniacs wanting to sleep. Can't sleep – come to our concerts. Diphenhydramine does not help – invite Dog Drama home.

Our jams are all pretty primitive. You get pleasure from what is happening on the run. Writing at home something worthwhile is possible, but creating it on the run is practically unreal for our type of people. There’s only a lucky chance, once a year. This is not something that can be put on stream; at least it's not that very form of homemade music which can be put on stream. Music composed at home is much better for the listener who needs what is usually needed in music in general: a variety of mood, contrast to manage your emotional state and so and so, and all at the same time. To achieve this immediately you need to be a great man, a great and rare person.

What is to enjoy listening to music from the point of view of a listener? That's when it surprises you but not too much. On the one hand, you don't perceive it as commonplace. That is it keeps you surprised by its unpredictability at each moment of time. On the other hand, this isn't music, which is unpredictable at every moment of time, but it is perceived as chaos, white noise, well, the majority of people see it as chaos, white noise. By the way, this state when music "is surprising but not too much" is not a property of music, it's a property of the listener. One is surprised but not too much by this music, another one is far from being surprised and is quite bored, and the third says "This is a piece of chaos, kinda cacophony, I can't understand it at all". Here the wrong listener takes place. It is important that the music and the listener juxtapose each other.

Usually we jam at rehearsals not in a chaotic way, but contrary, in some orthodox à la blues-rock way. It's not avant-garde jams in general, but basically joint style jams. We start playing and don't know at all how it will be developing. For now the jams don’t affect our written music because we started jamming not long ago. But jams are cool not only because they bring pleasure from what is happening around, self-involvement and fun, they develop ear for music, ideas and technique. We feel that due to the jams we got certain technical skills, and the way of thinking changed in a way. Maybe no one will notice this stuff except the person himself, but it just he who feels it. This is a practical benefit besides the pleasure you get from jams.
Usually we jam a bit and then think: "It's all worth of recording, it's a cool stuff anyway, and there were awesome moments sometimes." As a rule the deal ends here, but yesterday we managed to press the "record" button. In general, jams are cool, but we still haven't risen enough to show this to the audience.

Once we threw away the half-finished song. Andrei said: "...and from this place everything will go another way". Usually the high guitar voice (let's call it so) is being born last. Let's just say, there is a repetitive rhythmic basis, but there is a melodic top level voice. Even this had been ready, and then we just threw out half of the song. We remade it again from the middle up to the end. Apparently, that very wholeness of the experience failed to live up, so we had to disassemble and rebuild it again to make it finally appear. It occurred with Frangistan, there was some hard part. And then we washed all these sufferings away. Actually, we replaced them by some new sufferings. Kinda buddhist subject – the transformation of sufferings. Such is the cycle of sufferings in the work of Novosibirsk musicians.

We gonna hurry up and have a concert probably in the fall... or winter... You see, there's such a fuss. In the early summer we started to fuss and probably in the fall-winter something will appear. A buddhist fussy stuff as well.

Is it in general possible to write about music? Now we are just talking about music but nothing is being told about music for real. So I wonder, is it true that talking about music is meaningless? You listen to a track, and all the rest is just an addition to it, a review. Talking about music is great, but it's quite unclear how to do it, but it's more or less clear within everything else, though there's no wish for this. Therefore, it's not very clear what you're squeezing out of us.

вторник, июля 19


Было бы здорово собраться группой, но дело в том, что группы больше нет. Поэтому говорить я буду за себя, а я могу поделиться только личными впечатлениями и какими-то своими мыслями. Будут ли они иметь какое-то отношение к реальному положению вещей – я не знаю. На самом деле, я еще не осознала, что Гатос распались. Не исключено, что мы соберемся, и даже этим же составом, и будет новая прекрасная музыка. Но возможно и то, что этого не случится. Решение не было конфликтным: развитие любого проекта, любого человека, любой цивилизации либо идет на подъем, либо на спад, но невозможно стоять на месте. Так получилось, что у всех нас появились какие-то другие приоритеты, в пользу которых и был сделан выбор. Отчасти эти приоритеты музыкальные. То есть музыку мы не забросили, а, наоборот, дело как раз в том, что мы слишком заняты и просто не успеваем все.

Создатель группы – это слишком громкое слово. Оно ко мне абсолютно неприменимо. У меня была идея записи мини-альбома, и я понимала, что в одиночку это не осуществлю. Я искала гитариста: замысел был очень минималистичный, поэтому для записи гитары было достаточно. Я очень долго искала и наконец-то нашла. Мы встретились, пообщались, начали играть вместе, выучили те песни, которые собирались записывать, записали…. Так получилось, что остальные ребята услышали эту музыку и изъявили желание с нами работать, чему мы были несказанно рады, и продолжили путь уже вместе. 

Начиналось все с Holly, и первый альбом был выпущен именно как Holly. Затем появилось название Holly&Gatos, чтобы как-то обозначить группу людей, которые вместе с Холли. Потом надобность в этом отпала, мы посовещались и стали просто Gatos, «котики». 

Альбом мы записали за два часа, хотя готовились к записи недели две. Альбом вышел под названием Dark Proud Strong. Вообще, он на самом деле называется Black Flo. Почему я решила назвать альбом песней, которую записала чуть ли не в последний день, да еще и на диктофон телефона, играя на фортепиано, – не имею ни малейшего понятия. Когда я буду как-то систематизировать свое творчество, он однозначно будет называться Black Flo. И песня самая главная там – это, конечно, Black Flo, ей очень много лет, я написала ее еще за года два или три до Gatos, но в Gatos она приобрела причесанность. Гитарист, с которым мы записывали этот альбом, Никсон, очень быстро схватывал мои идеи, а потом как-то интерпретировал их, добавлял что-то свое. Это человек, очень секущий в кинематографии, он привнес в музыку такой лирический лоск, кинематографичность. Она там определенно есть, и это его заслуга тоже. 

Gatos – это коллектив с собственным материалом, несмотря на обилие каверов. Причем последние песни были написаны всеми вместе. Например, Юля, пианистка, начинала играть, придумывала гармонию, я накладывала на эту гармонию какой-то текст и вокальную мелодию, подключались ребята, и придумывалась песня. Бывало даже так, что мы сочиняли новую песню прямо перед концертом, во время саундчека, и играли ее в тот же вечер. 

Невозможно слушать свою музыку как музыку. Под нее невозможно расслабиться: ты как будто вскрываешь свою рану, какую-то свою историю. А я пишу песни в основном не тогда, когда мне хорошо. А еще слушаешь и думаешь: «Так, вот здесь ужасно, а вот это неплохо получилось, ага, вот это надо запомнить, еще пригодится». То есть технически слушаешь, анализируя, не расслабляешься, не думаешь: «Ах, здорово». 

Я не пою о любви, а пою, например, о цветах. Или не пою о смерти, а пою о черном платье. То есть я пою об отвлеченных вещах, которые ассоциативно наталкивают на то, о чем я хочу поведать слушателям. О тексте в музыке я думала очень много и в разное время приходила к разным выводам. Вот года полтора-два назад я бы сказала, что текст не так важен, как гармония, которая из слов создает какой-то визуальный образ, а необязательно четкую историю. Еще относительно недавно я бы сказала, что текст – это вообще все, смысловая нагрузка в песне, самое важное и определяющее. Сейчас я думаю, что все зависит от музыки и от стилистики языка еще. Когда я пою на английском, то в тексте все – сплошная метафора. А на русском я еще не так много песен написала, чтобы вообще говорить об этом, но если сравнивать, то на нем у меня получаются чуть менее образные и чуть более прямолинейные тексты.

Очень сложно описывать себя в плане стилистики. В музыке Gatos есть что-то приблюзованное и приджазованное, но это не блюз и не джаз. Я пыталась это обозначить такими словами, как дрим-поп, в какой-то момент. Потом это было уже что-то совсем эклектичное. У нас был даже прикол, когда на вопрос о том, какую музыку мы играем, мы отвечали, что джаз, металл, веселую. 

Большое спасибо ребятам в «Трубе» за то, что они дали нам возможность развиваться. Наверное, они были расположены к нам, потому что мы выступали там почти каждый понедельник. Не было изначально никакой договоренности, наш первый концерт там был в июле, потом нас пригласили еще... Было тяжко временами, иногда даже казалось, что все это зря, потому что не успевали, особенно учитывая, что некоторые из нас учились и учатся. Не было времени каждый раз готовить что-то новое, еще и хотя бы за неделю-две. Разные были времена, но хорошо, что это было. Возможно, и еще будет, кто знает. 

Последний наш концерт был определяющим. Я тогда даже не знала, что он последний. Для меня он остался одним из самых значимых концертов. Серьезно, эти все вещи я никогда не делала на сцене. В самом конце выступления мы начали импровизировать, делать каждый свое, но при этом все вместе. В какой-то момент я начала общаться с силами не из этого мира, и это было чудесно. И люди это почувствовали, некоторые точно. Есть видеозапись всей это вакханалии, но она не отражает, конечно, того, что там было. Не знаю, как это звучало со стороны, но это даже неважно. Это было что-то большее, чем просто выступление, не знаю, как это выразить, но чем-то таким очень личным, очень сокровенным я тогда поделилась. 

Танцующая пара у нас на сцене появилась, потому что хотелось добавить яркости именно в это выступление. Это был трибьют Эми Уайнхаус, а у нее на концертах можно увидеть двух колоритных афроангличан, или афроамериканцев, не знаю. Они вообще бэк-вокалисты, но еще они и пританцовывают здорово, очень позитивные чуваки – даже когда Эми в сомнительных состояниях расползалась по сцене, они создавали нужную атмосферу. Я подумала: «Если у меня будет что-то подобное, даже если я залажаю...» Ну, это я сейчас шучу. На самом деле, просто хотелось добавить визуальный элемент, чтобы и всем остальным захотелось подвигаться под ритмичные песни Эми. Это такой разовый был эксперимент, будет ли когда-нибудь что-нибудь подобное – да кто знает, возможно. 

Я не понимаю слово «манера». Мне вот буквально недавно сказали: «Ты поешь все в одной какой-то своей манере». И я не знаю, что мне на это ответить, я не знаю, как мне это понять, я не понимаю, что такое манера. Есть очень экспрессивные песни, а есть очень тихие, аккуратные песни, где ты поешь другим абсолютно голосом, поешь тихо, нежно. Дело же в том, что ты вкладываешь в песню, когда поешь, какие эмоции, какая эмоция у тебя сейчас: гнев, злость, страсть, ненависть, любовь, нежность... Даже когда человек просто разговаривает, он же тоже все время звучит по-разному. Когда он шепчет любимому на ухо, он звучит иначе, чем когда он орет на подчиненных. Я утрированные примеры привожу, конечно. Но с вокалом так же – все зависит от песни. 

Мой скэт – это все-таки имитация трубы, он довольно прямолинейный, а до сакса я в каких-то моментах не дотягиваю. Мне безумно нравился с самого раннего возраста Бобби Макферрин: он трубу не имитировал, он имитировал другие инструменты, гитару, что-то еще, очень здорово работал с резонаторами. И в каком-то довольно юном возрасте в моей голове просто поселилась мысль, что такие вещи вообще возможны. Я как-то пела одну блюзовую песню, а текст забыла, и я начала скэтить и доскэтила до конца песни. Пробовала ли я это делать до этого? Нет. Можете не верить. Причем тот первый скэт был неплох, серьезно. 

Как-то выморозил один комментарий. Люди писали, что у меня такой голос, будто Лану дель Рей изнасиловали Дэвидом Гилмором. Вот так. А почему: там был наш кавер на песню Pink Floyd, где я пела в цветочном венке, у людей сработали две ассоциации, поэтому они так и отреагировали. То есть на самом деле к голосу это не имеет отношения. 

Последние два выступления мы играли вдвоем с пианисткой. Одно из них было в Нарымском сквере. Шел дождь. При этом такой дождь, что я думала: «Ну, сейчас как стуканет током через микрофон». Но нет, не в этот раз. У меня с собой был мой любимый венок из белых роз, но я его не надела, думаю: «Много народа, я как-то зажато себя чувствую, не буду на голову этот кокошник водружать. Зачем привлекать к себе лишнее внимание, я тут так, в стороночке попою». А в середине выступления, между песнями, ко мне подходит одна знакомая девочка и дарит венок из бордовых роз. Это был удивительный момент, который меня очень впечатлил, задел в хорошем смысле. В этом было что-то такое интимное, что-то прекрасное. 

Меня на самом деле зовут Холли. Вы даже не представляете, насколько часто я отвечаю на этот вопрос.